Я сказала ему правду. Думала, брат рухнет с небес на землю, а он только плечами пожал:
– В интернете так и написано.
Я была уничтожена.
– И давно ты знаешь?
– Ну… года полтора, может, два.
– Знаешь и никому ничего не сказал?!
Фло улыбнулся. Он почему-то выглядел довольным. Радовался, что я не стала врать. Как будто я доказала, что он может рассчитывать на меня в любой ситуации.
Флориан
Флориан
Мама, на той неделе я послал тебе из Парижа открытку, а теперь захотел написать… Для себя, ты этого не прочтешь.
Анаис на три дня свозила меня в столицу. Было потрясающе! Об этом я уже рассказывал, но ты не знаешь, до чего мне нравится общаться со старшей сестрой, как я горжусь Анаис и тем, что я ее младший брат. Я утаил это от тебя, потому что не хотел расстраивать, ты поняла бы, что она за эти годы в чем-то заняла твое место. Она мне, конечно, не мать, но точно больше, чем старшая сестра.
Я часто хотел рассказать тебе… но Анаис это не нужно, а ты впадешь в тоску, стоит мне завести разговор о ней (или не завести, так что мне не просто приходится).
Вчера я сказал сестре, что все знаю о твоей жертве: кто она была и почему ты ее убила. Я ни с кем не делился этим «тайным знанием». Сначала даже верил, что журналисты напридумывали ужасов, но они были единодушны… Тебе я тоже не сказал. Уверен, ты думаешь, я до сих пор не в курсе. У меня такой вид, что легко ошибиться. Анаис утверждает, что я надеваю маску, когда еду к тебе на свидание, что я притворяюсь или играю роль. Она ошибается. На самом деле, когда я смотрю на тебя, вижу любимую мамочку. Но когда тебя нет рядом и я думаю обо всем сам с собой, вижу другую женщину. Ту, которой ты была в день убийства. Если ты и… другая ты, но я видел только ту, что меня устраивала. Ту, что я люблю. Скажу честно: я до сих пор не верю, что ты сделала такое. Как ты могла? Анаис утверждает, что у тебя злобный двойник. Я его даже рисовал. Иногда в образе женщины с двумя лицами, а иногда в виде книжки с картинками, при перелистывании которой возникает иллюзия движущегося изображения. Твое лицо изменялось и постепенно превращалось в сатанинскую рожу.
Мы говорим об этом с Анаис. Бывает, пересказываем друг другу наши кошмары, хотя теперь оба видим их реже. Ей однажды приснился сон, что ты пытаешься убить ее ножом. Со мной такого не случалось. Ты бы никогда не сделала ничего подобного. Она считает, что сон навеян твоим к ней отношением. Ты злишься на Анаис, мама, и думаешь: «Раз ты не хочешь со мной видеться, лучше вовсе исчезни!» Эта ужасная глупость нас очень насмешила. Анаис прекрасно знает, как ты страдаешь в разлуке с ней. Хотелось бы утешить тебя, успокоить, но я не в силах: сестра слишком упряма, чтобы простить.
Я тебя сразу простил и не злился, потому что всегда знал: то, что ты сделала, не было направлено против нас.
Флориан
Марк
Марк
Америка ликует. Барак Обама выиграл выборы. Исторический момент! Символ! Какой мужчина! Само благородство. Я смотрел на него весь вечер в легком ошеломлении. С ним возрождаются надежды. Неожиданно для себя хочешь верить в будущее.
Я смотрел на Мишель Обаму и думал о Катрин. Я постоянно о ней думаю, хоть она и отошла на задний план моей жизни. Мне интересно, следит ли она за новостями, осознает или нет, что мир движется вперед без нее. Замечает ли моя бывшая жена, что колеса крутятся и, когда она выйдет на свободу, очень многое изменится? Она, конечно, наблюдает за течением жизни на маленьком экране, но не становится участницей событий. Катрин находится по ту сторону тюремных стен, вне нормального мира, и я понятия не имею, что из увиденного по телевизору она удерживает в памяти, с кем обсуждает свои впечатления и восприятие свободного существования.
Катрин больше не звонит мне и не пишет. Связь между нами исчезла. Жозетта ничего не рассказывает, если я не задаю конкретного вопроса. С Фло мы говорим о Катрин откровеннее и подробнее, особенно по вечерам в субботу или воскресенье, после свидания в Ренне. Сын сообщает мне новости, описывает, как они провели время вместе. Иногда мы вспоминаем прошлое. Он обожал, когда она отводила его в школу и забирала после уроков, когда они играли в парке Шарюйе, а потом, дома, пекла ему блинчики и смеялась, если роняла один на пол. А еще она рассказывала ему истории и учила рисовать кошку… Фло улыбается, и я изумляюсь тому, как хорошо он справляется с ситуацией. Судя по всему, душа моего сына пострадала меньше, чем у Анаис, взбунтовавшейся против всего мира. Фло крайне редко вспоминает те ужасные события. Он относится к ним как к истине, с которой сумел сторговаться, и с тех пор держит на расстоянии, молчаливо и благоразумно принимая ее.
Анаис
Анаис
Я вот-вот получу диплом бакалавра гуманитарных наук. Уже. Не заметила, как прошло время. Честно говоря, мне очень нравятся студенческая жизнь и учеба. Я решилась: буду сдавать на диплом Министерства высшего образования и научных исследований Франции по современным гуманитарным наукам (CAPES), но сначала нужно получить степень магистра. Это программа на следующий год. Теперь важно определиться с темой научного исследования. Нужно найти то, что соединит театр и поэзию. Придется попросить совета у мадам Лекур, мы с ней в постоянном контакте, она меня вдохновляет и служит образцом для подражания.
Бордо – уютный город. Море недалеко, что очень удачно: оно помогает мне сохранять спокойствие. Время от времени я с удовольствием провожу выходные вблизи Аркашона или КапФерре 30.
У моей лучшей подруги Эльзы (мы познакомились на первом курсе) – вернее у ее родителей – там дом, и мы часто к ним ездим, едим устриц, пьем белое вино и любуемся закатом. Красотища! На Вознесение отправимся туда с друзьями на четыре дня. Запланировали подъем на дюну дю Пила 31. Будет гениально…
Что касается сердечных дел, у меня постоянные отношения с Мэтью, англичанином из «Эразмуса», программы Евросоюза по обмену студентами. Он симпатичный, но это не любовь. Со мной непросто… Вернее, у меня с любовью… напряженные отношения, я толком не знаю, что это. И, если честно, не уверена, что хочу узнать.
Вообще-то, здесь меня считают обычной нормальной девчонкой с разведенными родителями. Возвращаясь на уикенд в Ла-Рошель, я живу в доме отца. С матерью мы в ссоре. Точка.
О тюрьме никто не знает.
Натали
Натали
Я кое-кого встретила. То есть встретила мужчину моей жизни. Кажется… Я на это надеюсь. У меня, конечно, были мужчины, но что-то всегда шло не так. У них, у меня или в отношениях. Любовь – непростое дело…
Я часто с завистью думала: повезло Катрин, нашла правильного человека еще в молодости и при этом не кидалась на первого попавшегося и не удовольствовалась малоперспективным романом. Это был Марк. Этакий идеальный мужчина, к тому же одобренный нашей матерью. Чистый идиотизм, но сестра в нем нуждалась. Допускаю, что Катрин могла и не решиться на брак с человеком, не понравившимся маме, как будто осталась маленькой девочкой, жаждущей одобрения родителей. Мне аффективная зависимость сестры кажется… проявлением детскости. Катрин всегда хотела нравиться. Матери, преподавателям, мужчинам… всем. Будущее доказало, что она не ошиблась в Марке: они жили счастливо, у них была хорошая семья. Я не понимаю, почему она бросалась в объятия других мужчин, если дома ее каждый вечер ждал муж. Думаю, это еще одна, другая форма зависимости. Все мы недооценили ту экзистенциальную пустоту, которая накатывала на мою сестру, стоило ей остаться одной. Она никогда не умела существовать наедине с собой, а может, просто не любила себя. Наверное, ей всегда требовался кто-то другой, чтобы продолжить жить, она могла чувствовать себя значимой только под чужим взглядом.
Моего избранника зовут Николя. Он кинезитерапевт (очень милый в хорошем смысле!). Образованный, забавный человек, любящий жизнь… Не знаю, понравится он маме или нет, сочтет ли она его достойным меня, но это не имеет значения: на мой вкус он идеален.
Флориан
Флориан
Привет, мамочка, надеюсь, ты в порядке.
Начало учебного года в лицее удалось – прошло так, как описывала Анаис. Здание огромное, но уютное, а столовая просто потрясающая: кормят отлично и выбор большой.
У меня неплохие преподы, хотя двое показались мне «никакими», им явно недостает авторитета, и я готов поспорить, что на занятиях по их предметам будут шуметь. А могут и освистать.
Ну вот… Все идет своим чередом. Мы с бабулей Жо приедем тебя повидать в конце месяца. Будет здорово, если ты приготовишь спагетти болоньезе и шоколадный торт. Я неоригинален, но он у тебя такой вкусный!
Целую.
Флориан
Жозетта
Жозетта
Странное Рождество… Нас было пятеро за столом, но состав изменился. Как я и думала, Марк с нами не праздновал: решил присоединиться к семье Сэм. Вчера они ужинали вместе с детьми. Впервые. Новый этап… И Натали в первый раз была со спутником.
Иногда мне кажется, что жизнь ускользает и скоро подставит мне ножку. Возможно, это всего лишь ощущение, но я сдала, чувствую себя плохо, организм идет вразнос… У меня обнаружили кое-что опасное.
Я никому не сказала, чтобы не портить родным праздник. Притворилась, что все прекрасно, накрасилась, чтобы скрыть посеревшее лицо, улыбалась, накрывала на стол и готовила, превозмогая боль.