— Точно так, сбежал. Из-под самого Берлина. Надо сообщить нашим, что здесь находится новейший немецкий турбореактивный самолёт. Путь пришлют специалистов, чтобы его разобрать и вывезти. Главное это двигатели. Их необходимо вывезти за линию фронта обязательно. Хотя бы один, но лучше оба. Так же сообщите, что самолёт доставил гвардии майор Копьёв, позывной "тринадцатый". Думаю ответить вам должны быстро.

— Экий ты прыткий,— командир скрутил козью ножку и прикурил от стоящего на столе и чадящего светильника из гильзы от снаряда,— Вот так все и побёгли о тебе сообщать. Ты вообще не ясно, кто таков. Ни документов при тебе, да и одет как на свадьбу к председателю. Это что же, в плену теперь немцы так наших одевать начали?

— В плену немцы наших в полосатую робу одевают. И я в такой ходил, пока они меня завербовать не решили. Вот и приодели. Вроде как уважение оказали.

— А чего это тебе честь то такая выпала? С какой такой стати немцы именно тебя вербовать начали?

— Наверное потому, что я гвардии майор Копьёв, командир 13-ой гвардейской отдельной истребительной эскадрильи специального назначения,— я сделал паузу,— Трижды Герой Советского Союза, кавалер ордена Британской империи и произведён их королём в рыцари.

— Ох и врать ты горазд, как я погляжу,— комиссар прищурился,— Тебе годков то сколько? Когда это ты всё это заслужить то успел?

— Вы отправьте радиограмму, а там всё и увидите,— спорить было бесполезно, да и понимал я их прекрасно. Валятся тут какие-то с неба прямо на голову, а ты с ними разбирайся.

Прошла неделя. Я почти всё время сидел в землянке, выходя лишь по нужде. К самолёту, когда я сказал, что нужно уже сейчас начать разбирать его на части, меня не пустили. Наконец в землянку вошёл командир отряда Фёдор Антонович Чухрай.

— Вот, читай,— он протянул мне листок,— Пришла радиограмма с той стороны. Сегодня решится твоя судьба. Ты ежели чего рассказать хочешь, то говори сейчас. Потом поздно будет.

Я взял листок. " Обеспечить приёмку самолёта. Сигналы прежние. На самолёте прибудут люди, способные опознать вашего Гостя. Обеспечить целостность и сохранность как Гостя, так и объекта."

— Я всё, что мог, уже сказал, остальное скажу вот им,— я кивнул на листок с радиограммой.

Борт с Большой земли встречали ночью. На расчищенной от снега глади озера разложили кучи хвороста, которые зажгли, заслышав в небе гул моторов транспортника. Едва Ли-2 коснулся шасси поверхности, как костры тут же засыпали снегом. Я стоял рядом с командиром отряда и комиссаром и ждал, пока транспортник зарулит в нашу сторону. Вот наконец моторы смолкли и сбоку открылась дверца, из которой тут же выпрыгнула фигура человека. Было что-то неуловимо знакомое в его походке.