Должно быть, это была мать сапожника дяди Васи. Она и вышла на стук Аркадия. Хмуро спросила, узнав Юкова:

— Что надо?

— Здравствуйте. Ищу сапожника дядю Васю.

Старуха помедлила и ответила по-условленному.

— Дядя Вася давно уехал.

— Я знаю, что уехал. Поэтому и пришел.

— Входи скорее, — сказала старуха.

Она ввела Аркадия в кухоньку с плотно завешенным окном, вывернула фитиль лампы и, поднеся ее к лицу Аркадия, спросила:

— Кто ты? Зачем пришел?

— Срочно нужен дядя Вася. Я — Школьник.

Лампа дрогнула в руках старухи. На лице ее, изрезанном крупными коричневыми морщинами, выразилось изумление.

— Школьник? — недоверчиво спросила она. — Назови себя.

— Широка страна моя родная.

— Хорошо, верю. — Старуха поставила лампу. — Садись. В чем дело?

— Попросите дядю Васю.

— Я дядя Вася. Говори.

Теперь изумился и растерялся Аркадий.

— Вы? Назовите себя.

— Выходила на берег Катюша… Зовут меня Настасьей Кирилловной. Садись, тебе говорю.

Аркадий сел на скамейку и, вглядываясь в сморщенное лицо Настасьи Кирилловны, сказал: