— Но я не знал… мне не говорили, что дядя Вася…

— А зачем тебе было знать? Я тоже не знала, что Школьник — ты. Я тебя не любила, — с грубоватой прямотой ответила Настасья Кирилловна. — Видно, ошиблась. Почему пришел? Я не ждала. Рано.

— Серьезные дела.

— Погоди. Где служишь?

— В полиции. — Аркадий вынул из кармана и показал свою особую бумагу.

— И это все?

— Нет. Я получил вот какое задание…

И Аркадий рассказал Настасье Кирилловне о сегодняшнем разговоре в кабинете начальника полиции.

— Правильно, — после короткого раздумья ответила Настасья Кирилловна. — Хорошо поступил. Только докладывать Дорошу не спеши. Когда тебе срок назначен? Послезавтра? Мал срок.

— Сам взялся. Не учел, Настасья Кирилловна, — виновато сказал Аркадий.

— Ладно, попробуем поправить дело. Прежде чем идти к Дорошу, ко мне загляни. Завтра поздно вечером. Я тебе скажу, как поступать. Может, мы хорошо сыграем. Если бы удалось!..

Она думала о чем-то таком, что, по всей вероятности, знать Аркадию было не обязательно.

«Старушка! Пенсионерка! Кто бы мог подумать!..»

Аркадий глядел на нее с восхищением.

— Да, может, получится, — сказала Настасья Кирилловна, и глаза у нее, как будто бы потухшие, вдруг молодо блеснули. — Придешь, значит, поздно вечером. Словом, в одиннадцать часов. Ходить можешь беспрепятственно?

— Да, — Аркадий снова показал свой дьявольский документ.

— Ладно. Ребят надо предупредить. Пусть уходят. А то беда может быть.

Настасья Кирилловна уперлась локтем в стол, положила острый подбородок на сжатый кулачок и в упор стала разглядывать Аркадия. Он смущенно заерзал на скамейке.

— Самочувствие как? — спросила Настасья Кирилловна.

— Плохо, — ответил Аркадий.