Интересно, что существует еще одно место, где каннибализм был распространен, возможно, в то же время, что и в Крапине. Уровень 15 в пещере Мула-Герси на юго-востоке Франции датирован примерно тем же возрастом, а присутствие таких представителей фауны, как дикобразы, может указывать на жаркий климат. По крайней мере на половине останков шести неандертальцев — старика, взрослой женщины, двух подростков и двух детей — есть следы разделки. Этим в Мула-Герси занимались весьма интенсивно: с черепов снимали кожу, удаляли языки, расчленяли суставы и конечности, сдирали с костей мясо и дробили их.

Но есть аргументы и против вызванного межледниковым климатом голода. Такие памятники, как Ноймарк-Норд, показывают, что неандертальцы приспособились к лесной охоте: точными ударами копья они убивали ланей и порой даже оставляли на месте хорошее мясо и костный мозг. Мишенями становились и огромные слоны; даже если скелет слона и копья из Лерингена говорят не об охоте, а о добыче падали, еды этим эемским неандертальцам явно хватало. Конечно, была доступна и более мелкая дичь, в том числе черепахи или бобры. Кроме того, не заметно, чтобы на объектах с разделанными тушами показатели недоедания были выше, чем в других местах или даже по сравнению с некоторыми современными охотниками-собирателями. Есть лишь одна закономерность, связанная с окружающими условиями: это полное отсутствие следов разделки добычи за пределами Европы.

Возможно ли такое, что каннибализм не был связан с особыми климатическими условиями, а неандертальцы просто безжалостно поедали более слабых индивидов? Тогда наибольшему риску подверглись бы дети и старики, но среди разделанных тел их число не превышает число подростков и взрослых. Кроме того, в Мула-Герси найден один из крупнейших по размерам неандертальских индивидов, нападение на которого, несомненно, было бы рискованным.

Еще одно возможное объяснение — враждебность по отношению к чужакам. В частности, в качестве примера каннибализма, мотивированного агрессией, приводят находки из Гойе. Здесь следы от разделки найдены на черепах, берцовых и бедренных костях, что говорит о целенаправленном поиске мяса и костного мозга. Огромное количество насечек от расчленения и скобления обнаружено более чем на трети останков, присутствуют даже нечасто встречающиеся надрезы от потрошения в области таза и ребер. Кроме того, множество костей расколото (единственная целая кость — верхняя фаланга пальца) и раздроблено — все это указывает на поедание. Предположение, что кости принадлежат чужакам, на которых напали и съели, основано на толковании результатов изотопного анализа, в соответствии с которыми это были пришедшие издалека индивиды, а не местные неандертальцы, хоть бы и освоившие большую территорию, судя по данным о перемещении кремня.