Серьезной проблемой было привыкание к холодному климату. Даже если тело защищала одежда, неандертальская генетика тоже могла нам помочь. Часть их наследственности, сохранившейся в нашем геноме, связана с метаболизмом, а следовательно, и с теплообменом. Один из генов влияет на то, каким образом жиры попадают в клетки; его современные носители подвержены более высокому риску диабета II типа. Но у охотников-собирателей он, возможно, обеспечивал регуляцию энергетического обмена и помогал выживать в условиях голода. Подобное объяснение может быть и у наличия генов, способствующих увеличению жировой массы и ответственных за пагубные привычки. Когда-то они, вероятно, помогали потреблять обеспечивающую хорошее самочувствие жирную пищу.
В больших участках нашего генома нет неандертальского вклада: возможно, стоило сохранить то, что мы уже имели на тот момент. Означает ли это, что неандертальские гены были плохи и для самих неандертальцев? В целом их ДНК не выглядит более проблематичной, но все же были распознаны некоторые факторы риска.
Один из них связан с загрязнением. Наличие очагов и даже микрочастиц угля в зубном камне неандертальцев говорит о том, что зачастую они жили в условиях задымленности. Мутация у всех современных людей делает нас в 100–1000 раз более устойчивыми к отравлениям дымом и горелой пищей. Поскольку вдыхание дыма от костра или печей с плохой вентиляцией является основной причиной смерти детей в возрасте до пяти лет во всем мире, это очень серьезная проблема.
Еще один пример возможной неполноценности неандертальских генов — фертильность. В частях нашего генома, относящихся к X- и Y-хромосомам, явно отсутствует неандертальский вклад. И как минимум у одного мальчика-неандертальца, Эль Сидрон 1, было три формы генов, которые сегодня связывают с невынашиванием эмбрионов мужского пола. На этом основании возникла гипотеза о том, что гибриды чаще были женского пола, а дети смешанного происхождения даже могли иметь генетические проблемы.
Однако в результате многолетних исследований ученые пришли к выводу о непредсказуемости поведения ДНК. Гены часто напоминают травы и специи в составе блюда, аромат которых зависит от других ингредиентов и способа приготовления. По мере продвижения исследований того, как работают гены у живых людей, мы будем узнавать все больше подробностей о неандертальской наследственности в наших организмах.
То же самое относится и к разуму. Идентификация ДНК-маркеров когнитивных различий у неандертальцев уже давно является одной из ключевых задач палеогенетики. Действительно ли случился «миг озарения», когда некая новая генетическая мутация или комбинация генов значительно увеличила склонность