– Нельзя выступать сразу в двух ипостасях – убивать и подавать себя как лекаря. Это неминуемо скажется на психике.

– В свободное время я думаю о других вещах.

– Вы же понимаете, это все увертки. И это вредно для здоровья.

– Как и курение.

Вилмер поморщился и отбросил сигарету в сторону, в результате заключенные сразу устроили потасовку.

– Послушайте, умение расставлять приоритеты – полезное качество, но, возможно, для вас было бы полезнее сменить обстановку.

– Вы меня переводите?

– Да, думаю, так для вас будет лучше. На данный момент вы здесь не слишком-то много можете сделать на благо рейха.

– И вы поместите меня в больницу в каком-нибудь маленьком городке, с пузырьком аспирина и шпателем для языка? Возможно, вы с легкостью относились к получению образования, но мне пришлось много потрудиться, чтобы занять мое нынешнее положение.

– А вот агрессивность нам ни к чему.

Мой халат был как раскалившаяся топка, по спине потекли струйки пота.

– Теперь я еще и агрессивна? Я вас умоляю. Вам приходилось делать что-то настолько хорошо, что появлялась уверенность – вы рождены для великих дел? Только не пишите в моей карте: «страдает бредом величия». Это правда. Вилмер, я – лечащий доктор. Профессия для меня – как воздух. Прошу вас, не позволяйте им убрать меня отсюда.

– Герта, все это очень плохо кончится для Германии. Вы должны это понимать. Вы окажетесь в ряду тех, кого приговорят к виселице.

Я повернула обратно к машине.

– Зурен все уладит.

Вилмер пошел следом за мной.

– Вы полагаете, Зурен станет вас защищать? Он сбежит в Мюнхен. Или в Австрию. Гебхардт уже лоббирует свою кандидатуру в президенты Красного Креста. Как будто это избавит его от ответственности. Почему бы вам не взять отпуск?

Мне стало тошно. Неужели все немцы в одночасье превратились в трусов?

Я забралась на водительское сиденье и бросила Вилмеру заранее припасенный пакет с бутербродами.

– Занимайтесь вашими исследованиями, а я как-нибудь решу свои проблемы. Я уже слишком далеко зашла. И прошу вас, не давайте этому хода.