Кто-то вбил в центр холма деревянный крест. Под крестом стояли шесть священников.
Священники освятили место захоронения, и я пошла через толпу в надежде найти Петрика.
Он разозлится, что я пришла? Не пора ли мне его бросить? Сколько девушка может терпеть, если на нее не обращают внимания?
Я подошла к группе монашек на краю толпы. Они держали в руках свечки, у некоторых на запястье висели четки розарии. И за этими монашками я увидела Петрика. Он стоял один возле целой горы красных, розовых, желтых цветов, которые принесли скорбящие, и смотрел туда, где проходила служба. Спина прямая, руки в карманах рабочего халата со стекольной фабрики. Я медленно спускалась по склону, с каждым шагом острая боль пронзала покалеченную ногу.
Когда я шла между монашками, мне даже захотелось задержаться в этом теплом море из черных плащей с розариями на поясе, но я все же выплыла и пошла к Петрику. Если он и увидел меня, то не подал виду. Подойдя ближе, заметила у него вокруг глаз красные пятна. Я встала рядом с Петриком и подышала на кулак без перчатки.
Петрик повернулся ко мне. Ресницы у него слиплись от слез. Я подошла к горе цветов и возложила на нее свои маргаритки, а потом вернулась к Петрику.
Я не знала, остаться мне или уйти. Возложила цветы, сделала то, ради чего пришла, – отдала дань уважения погибшим. А Петрик вообще просил меня не приходить.
Он не подал никакого знака. Я повернулась, чтобы уйти, и только в этот момент он прикоснулся к моей руке. Я смотрела, как его пальцы крепко сжимают мое запястье, и не могла поверить своим глазам.
Петрик притянул меня к себе.
Гордость. Это слово так часто произносят по разным поводам, но это именно то, что я чувствовала в тот день, когда слушала, как поет церковный хор. И очень гордилась, что Петрик захотел разделить это со мной. Все – и плохое и хорошее.
Он взял мою замерзшую руку теплыми пальцами, поднес к губам и поцеловал. А потом спрятал в карман своего халата с теплой фланелевой подкладкой.
Глава 33 Кася 1946 год
Глава 33
Кася
Армии надвигались со всех сторон, такой организованной атаки не было со времен блицкрига Гитлера. Они шли в платьях в цветочек и в удобной обуви и несли еще дымящиеся, только из печи, горшки и блюда. Генерал Марта координировала действия в почтовом центре, в результате вареников, свекольника и охотничьего рагу хватило бы на шесть свадеб.
Вы думаете, почта – странное место для свадьбы? Возможно, но нам оно очень даже подходило. Просторное помещение с высоким потолком, там можно было «одним выстрелом убить двух зайцев» – забрать почту и потанцевать с невестой. Не то чтобы невеста могла танцевать, но гости все равно прикалывали к моему платью деньги. Платье было розовым, я его не выбирала, это Марта удивила меня своим талантом шить на машинке. Я хотела белое, но отказаться от этого не могла – старалась быть вежливой ради папы. Мне просто хотелось, чтобы все это поскорее закончилось и мы с Петриком остались одни.