– Да, – сказала Джулия. – Она загадка. Она могла бы оказаться замаскированной египетской принцессой, и это не стало бы ни для кого сюрпризом. – Раньше, когда вы только здесь появились, я хотела быть похожей на нее, – вдруг добавила она.

– На Дину? Правда? – недоверчиво переспросил он.

Она опустилась на колени рядом с ним, погладила его грудь, прошлась руками по его голым бедрам и ягодицам.

– О да. До тебя мне нравились девушки. Мисс Брайт. Ужасно сексапильная. И Дина.

Энт был потрясен.

– Тетя Дина? Что-то сомневаюсь, что она сексапильная. Не уверен, что она когда-нибудь даже думает об этом… о сексе.

Она слегка потянула его за член, погладила бедра, затем провела ладонью по его щеке.

– Мой прекрасный обнаженный дурачок, как мало ты понимаешь, – сказала она тем тоном, которым любила его дразнить. – Она держит все в себе. Она ужасно себя подавляет. Тебе нужно читать Фрейда.

– Вот бы ты еще не говорила то и дело о Фрейде, – проворчал Энт. – Я не хочу его читать. Эй, не уходи, – сказал он, увидев, как она подбирает с песка туфли.

– Я должна, – ответила она, подняв руку, и тонкие пальцы с обгрызенными ногтями послали ему воздушный поцелуй. – Не оставайся здесь слишком долго, голым и одиноким. Тебя арестуют, и я буду очень по тебе скучать.

Энт услышал, как она насвистывает, уходя, сел и начал одеваться, думая о Дине и гадая, когда появится Дафна и чего она захочет на этот раз. Вдруг слабый свист Джулии прекратился, и он уловил звук приближающихся шагов. Он как раз надевал свои парусиновые туфли, когда Джулия снова появилась среди папоротников. Ее лицо выглядело бледным.

– Привет еще раз, – сказал он. – Все в порядке?

– Конечно, – ответила она быстро. – Просточасто, когда я ухожу или ты уходишь, я хочу сказать тебе кое-что, но не говорю, а потом думаю, что просто может не быть другого времени.

– Сказать мне что?

– Сказать, что… Ладно… – Она прочистила горло. – Ну… Дело в том… Что я люблю тебя.

– Ох. – Тони вскочил на ноги. – Джулия…

– Позволь мне закончить. Я давно хотела тебе признаться. Прекрасно быть с тобой. Я чувствую себя живой, и со мной такое впервые. Да, впервые. Мне нравилось играть, потому что это придавало вещам драматичности, вещам серым и ужасным, но теперь у меня есть ты, и мне наплевать на драматичность. Я просто хочу, чтобы вещи оставались такими, какие они есть. Я не хочу, чтобы ты уходил от меня. Не хочу, чтобы нас убило бомбой. Я не хочу, чтобы мой отец узнал. Я не хочу забеременеть случайно.

Он поймал ее руки.

– Я люблю тебя. Тоже. Я тоже тебя люблю.