— Во-первых, я должен взять у вас реванш. А ещё сержант... помкомвзвода... неплохо играет. Мне мат влепил! — Антон Яковлевич искал глазами по рядам, вспоминая фамилию. — Шаганов! Ко мне!

Яков, смутившись, подошёл к Привалову. Тот цепко глянул на казака, махнул рукой. И приказал ординарцу принести два набора шахмат. Один из них был не нов, с оббитыми фигурками старинной работы. А другой ещё издавал запах фабричного лака.

Длинный обеденный стол окружили плотным кольцом. С одной стороны — Ковальчук и Шаганов, с другой, за чёрными фигурами, — начальник политотдела. Казаки, кто разбирается в игре, и кто вовсе её не понимает, азартно болеют за своих. Но при одном виде осанистого, несуетного, красивого полковника понятно, что шансов у его соперников маловато.

— Вижу, у кого-то учились, — сделав очередной ход, заметил Никифор Иванович. — Неплохо разыграли дебют.

— Ходил в кружок. Врач Тумаш занимался с нами, — откликнулся Яков.

— А мне, представьте, удалось в сеансе одновременной игры свести партию на ничью с великим Дуз-Хотимирским.

Первым капитулировал Ковальчук. Зевнул «вилку» и потерял ладью. Яков сопротивлялся. Подолгу обдумывал ходы. Привалов, по всему куда-то торопившийся, предложил сержанту мирный исход. На прощание как приз подарил новёхонькие шахматы. Яков, донельзя довольный и возбуждённый, слыша от сослуживцев похвалу, с улыбкой отвечал на их рукопожатия.

13

13

20 августа, ранним утром, слитные залпы четырёх тысяч орудий дали сигнал войскам 2-го Украинского фронта! После артобстрела застили небо сотни краснозвёздных самолётов, засевая румынские редуты минами. Разбитые позиции противника проломил смерч тридцатьчетвёрок, а следом устремились донские полки! За рекой Серет пал город Роман, на четвёртый день сражения — Бухус и Бакэу. Румынский король Михай, перепуганный насмерть, в этот же день объявил о выходе своей страны из союза с Германией и готовности воевать на стороне Красной армии.

Гитлер предвидел потерю Румынии. Ущелья Карпат, ведущие к венгерской границе, были укреплены артиллерийскими узлами, фортификационными сооружениями, все обходные пути забаррикадированы. Группу вермахта в этом районе возглавлял генерал Оффенбах. Он стянул к горному коридору Онешти — Ойтозский перевал — Брецку части 4-й горнострелковой и 76-й полевой дивизий. Именно эти специально подготовленные войска противостояли группе генерала Горшкова, в которую наряду с его 5-м Донским корпусом вошёл 23-й танковый корпус.

Уже у входа в горный коридор, у Онешти, казакам пришлось туго. Расколоть этот «крепкий орешек» удалось только благодаря «катюшам» и хитрым манёврам 63-й дивизии. Её 223-й полк ворвался в объятый пожарами городок на северную окраину, отвлекая немецкий гарнизон. А два других полка, при поддержке танкистов ударили по ослабленной обороне немцев с юга!