Глава 26

Глава 26

Настал день рождения того ужасного человека, из-за действий которого гибли тысячи людей.

Признаться честно, я ждала его и в тайне надеялась, что увижу Мюллера среди приглашенных офицеров. Я молилась, чтобы тот день стал моим последним в прачечной… Я настолько жаждала встречи с ним, что едва ли не физически страдала от того, как часто снился мне наш поцелуй. Первый и единственный поцелуй, от которого дрожали коленки и путались мысли… Даже несмотря на то, что он бросил меня в прачечной… Настолько была глупа и слепа моя любовь к нему.

За прошедшие недели мы кое-как подготовились к предстоящему концерту. Я лично отобрала двадцать миловидных девушек, которые умели петь и мало-мальски плясать, а фрау Грета одобрила мой выбор. Верочка оказалась хорошо обучена нотной грамоте и музицированию на клавишах, поэтому сразу же села за пианино. Но из-за того, что по указаниям гер Коха я должна была при любых обстоятельствах мелькать на сцене, парочку песен все же играла я.

Девушки, отобранные мною, в большинстве своем оказались украинками, поэтому практически весь их репертуар, в перерывах между стихами, состоял из украинских народных песен. Пару молоденьких девчонок вызвались прочесть стихотворения: одна на русском и на украинском, а вторая помимо русского, захотела прочесть на своем родном белорусском. Под конец мы запланировали спеть «Катюшу», так как за нее проголосовало большинство.

Репетировали мы по ночам вместо дежурств в кухне. Я тихо радовалась, что не виделась с командиром и не слышала его угроз в мой адрес. Честно признаться, я до ужаса боялась его и не знала, что же делать с ним, и его ярым желанием сбежать отсюда, потянув меня за собой на верную смерть.

Наконец, все мы были наряжены в цветастые платки, которые выдала фрау Грета, и специально выданные на выступление женские туфли. Вместо бесформенных сапог не по размеру, туфли показались настоящим раем. По этому случаю нам даже разрешили полноценно помыться и распустить волосы: у кого-то они были срезаны до подбородка, у кого-то до плеч, но у большинства, как и у меня, едва прикрывали лопатки, так как нам насильно срезали толстые и длинные косы.

Зрители, впрочем, как и я, были довольны нашим выступлением до середины программы. После, в общем-то для приглашенных офицеров, помещиков и других неизвестных мне людей, ничего не изменилось, а для меня в буквальном смысле рухнул мир. В тот момент я сидела за инструментом и исполняла мелодию, которую наспех выучила благодаря Верочке, даже толком не зная кто являлся ее автором. Несколько девочек в это время пели на сцене русский романс про любовь, пока я, по обыкновению, мельком рыскала взглядом по залу, пытаясь отыскать до боли знакомое лицо Мюллера. Но ровно на середине выступления, сердце мое пропустило очередной удар, а пальцы предательски зафальшивили, когда я увидела знакомого офицера, который с опозданием прибыл на представление.