Только теперь мне открылась истина.

– Так вот почему… вот зачем ты завлекла меня в Мероэ. Чтобы познакомиться со мной и сделать мне это предложение. А ложный Птолемей был лишь предлогом.

Да, здешняя правительница хитроумна, как Одиссей, и азартна, как сам Цезарь.

– Ты ведь совсем не то, что римляне, – продолжила кандаке, оставив мои последние слова без внимания. – Им никогда не понять тебя, не понять, что представляет собой Египет. Для них твоя страна – не более чем поставщик хлеба, нужного им в огромных количествах для прокорма вечно недовольного плебса и многочисленных армий. Поодиночке нам перед ними не устоять, но вместе мы дадим отпор кому угодно. Дать отпор и основать державу, соединяющую в себе славу Греции, роскошь Африки, богатства Индии; одухотворенную ученостью, терпимостью, тягой к новизне! Это будет царство счастья!

– Ты говоришь как купчиха, расхваливающая товар, – отозвалась я. – Стоит ли так возвеличивать будущую империю? Это страна людей, а не богов.

– Но что мешает ей осуществить мечту великого Александра? Разве он не обращал свой взгляд к Востоку? Разве его устремления не направлялись туда? Он завоевал бы Индию, не окажись его солдаты слабы духом.

– У нас нет такой армии, как у Александра, – сказала я.

– Такой армии нет ни у кого. Даже у Цезаря, которому приходится расходовать энергию на борьбу со своими же соотечественниками. Зато у Нубии есть прекрасная армия, а наши лучники лучшие в мире. Мы можем помериться силами с кем угодно, кроме Рима.

– Но Рим не оставит в покое никого, – вырвалось у меня.

– Ага! – Она встрепенулась, как охотничья собака, учуявшая добычу. – Значит, ты поняла суть моего предложения. Подумай об этом. Подумай о Риме! Чего ты можешь ждать от него? Мне известно о твоих чувствах к Цезарю, но он один, и он не бессмертен. Чем станет для тебя Рим без него? Союз с ним потеряет всякий смысл. Наш с тобой союз куда более естественный, поскольку основан не на личных пристрастиях, твоих или моих, а на политических интересах и потребностях наших стран.

– Ты говоришь, такой союз не основан на наших личных пристрастиях, но ранее ты подчеркивала, что нужен союз женщин. Однако моим преемником станет сын: что же будет тогда?

Кандаке начала приводить новые доводы. Некоторые из них звучали убедительно, и настойчивости ей было не занимать, но в целом план не казался мне разумным. Что ни говори, а Рим властвует над миром, и в такой ситуации лучше встать на сторону сильного, чем противостоять неодолимому. Хотя, конечно, мне не хотелось расставаться с манящим образом волшебного царства, созданным Аманишакето.