Мы постояли так минуту-другую, а потом я расцепила объятия и потянулась за зонтом.

– Научишь меня танцевать?

Она кивнула, вытирая глаза.

– Ты правда ни разу не смотрела «Поющих под дождем»? – спросила она хрипло, но своим обычным голосом.

– Смотрела, конечно, – сказала я, отходя от нее с грацией картошки. Под ногами захрустел гравий. – Как там? Ла-ла-ла-ла?

Я раскрыла над головой зонт и завертела им, подражая ей.

– Ну вот, видишь, я тебе не нужна. – Она широко улыбалась, наблюдая за мной.

Я улыбнулась, расширяя танцевальные круги. Что я чувствовала? Что за странное опьянение вынуждало меня танцевать на крыше посреди ночи? Это не было простым счастьем: мою грудь все еще сжимала тревога, которая не отпускала меня всю ночь. Однако это было не плохо. В этом была какая-то странная свобода, и я хотела ее запомнить. Вот она, новая версия меня.

– И все это благодаря тебе, – крикнула я.

Поверхность под ногами изменилась.

– Ты о чем? – улыбнулась Сьюзан.

– Ну, что я тут танцую на крыше. – Я шагала по крыше, недоумевая, куда подевался гравий. – До встречи с тобой я не делала ничего интересного. А теперь…

Раздался треск, и мы обе подскочили.

– Что это было? – встревоженно спросила Сьюзан.

Я застыла на месте, не решаясь посмотреть на ноги.

– Эм… – Голос у меня так дрожал, что я едва могла говорить. – Похоже, я стою на световом люке.

От ужаса на ее лице мне стало еще страшнее.

Из-под ног донеслось легкое потрескивание. Сердце бешено застучало, и кровь загудела в ушах.

– Не двигайся, – сказала она, и вопреки панике на лице голос ее звучал спокойно. – Я сейчас тебя оттуда заберу, ладно?

Она направилась ко мне.