Каждая целостное историческое тело несет части, в которых повторяется в сокращенном виде нечто от истории всего этого исторического тела, сохраняется в том или ином виде наследие прошедших эпох, - разумеется, в сильно обновленном виде. Именно это мы наблюдаем в Европе в связи с ее подразделением на романскую и германскую. Латинская (романская) Европа действительно несет остатки Старого времени, причем разные части этой Европы сохраняют в живом, действующем виде импульсы, действовавшие в различные эпохи истории. Если обратиться к Франции, можно заметить, что она в какой-то мере сохраняет в измененном виде те импульсы, которые действовали в Древней Греции. Классические достижения французской культуры и литературы несут характерный для греческого гения оттенок рассудочного овладения миром, тяготеют к пластике рассудка, пластике умопостигаемых форм. И в той же мере французы как народ отличаются четко выраженной внутренней формой, отчетливо вылепленным характером. Иную стадию мы находим повторяющейся (в определенной степени) в Италии: тут мы встречаем живые импульсы более древней эпохи, эпохи Египта, что проявляется в еще до-рассудочных характеристиках итальянского национального гения, в его особой связи с теми чувствами, которые может испытывать человек.

Теперь вспомним, каковы же характерные черты ислама. Уже приходилось говорить, что первоначальный регион возникновения мусульманства - это регион первой в истории вестернизации, - регион распространения эллинизма. Тем самым ислам, как по глубокой сущности своей вестернизованная религия, возник как наследник эллинистического влияния, применившегося к особенностям народов определенного региона. Может быть, поклонники классической Греции наотрез откажутся узнавать в формах мусульманской религии измененные черты эллинистического влияния, и однако они есть. Ислам действительно несет в себе черты начала греко-латинской эпохи в южном средиземноморском регионе, так же, как Южная Европа несет черты латинской цивилизации (конца греко-римской эпохи) на северном побережье Средиземноморья.

Значит, в определенном смысле можно сказать, что Древняя Греция и Древний Рим не погибли бесследно, и не только по той причине, что просвещенное человечество восхищается статуями и дорогами, но и потому, что они живы сегодня. Точно так же, как люди могут отказываться узнавать в заматерелом щетинистом мужичище белокурое дитя с невинным взглядом, смотрящее со старинной фотографии, - так же они отказываются узнавать благородный Рим во вполне современной Южной Европе и изящную Грецию в мусульманском мире. Но тот Рим, та Греция умерли только в том смысле, в каком более не существует ребенок, развившийся во взрослого человека. Соображения, по которым ислам следует признать за отпрыска греческой цивилизации (не единственного, разумеется), довольно многочисленны - и, как большинство исторических соображений, не обладают математической степенью убедительности. Я укажу только на один пример. Мир ислама в мировой истории оставил много значительных следов, и один из них - передача Европе VIII, IX и следующих веков наследия греческой культуры. Это общеизвестный факт: плоды античной цивилизации приходили в Европу в VIII, IX, X веках именно из мусульманского мира, причем они приходили не как мертвые и давно забытые тексты, а как живое духовное наследие, старательно комментируемое и переживаемое. Эту ситуацию можно описать следующим образом. Был некий молодой человек, который написал замечательные произведения. Потом произошли некие события, страшно изменившие его жизнь, и этот человек пропал из нашего поля зрения, так что мы потеряли доступ к его замечательным творениям. А через много лет к нам является дряхлый старик и передает нам произведения того молодого человека. Причем он оказывается не просто хранителем рукописей - он их изучает и развивает, продумывает заново и распространяет. Этот старик является духовным наследником того исчезнувшего молодого человека - по меньшей мере, если не просто тем же самым человеком. Ислам передал Европе то, что ушло из Европы вместе с классической Грецией.