Если бы запаса не было, уходить надо было ещё в сентябре, посветлу. Причина явно возникла позже, и это явно не был голод. Даже мяса тех трёх медведей, чьи шкуры обнаружил Колчак, по его мнению, «хватило бы партии на большую часть зимовки» (Колчак. Последняя экспедиция…, с. 517), а ведь сами брошенные шкуры означали, что был избыток меха, необходимого для ремонта одежды и обуви.

Словом, до конца полярной ночи запас заведомо имелся, а на свету люди могли рассчитывать найти медвежьи берлоги. Одну из них описал ещё Де-Лонг, а Успенский обнаружил их на острове девять. Оленьи скелеты тоже, вернее всего, были следами запаса. Тогда почему же партия Толля ушла с небольшим запасом продовольствия? и оставила, например, банку с жиром?

Ну, большого запаса они просто не могли взять, поскольку не было ездовых собак — их убили ещё летом, перед плаваньем на байдарах. Главным грузом на каждой нарте была пятиметровая байдара, гора снаряжения и дрова. Поэтому-то и было брошено много полезных вещей. А вот почему ушли?

Ещё полвека назад Павел Виттенбург, биограф Толля, пришёл в выводу:

«Вынудить Толля оставить в такой неблагоприятный момент остров Беннета, по нашему мнению, могло угнетённое состояние его спутников — двух промышленников»[181].

«Вынудить Толля оставить в такой неблагоприятный момент остров Беннета, по нашему мнению, могло угнетённое состояние его спутников — двух промышленников»[181].

Поэтому снова глянем на записку, где «во всём достаток». На ней подробно изображены южный берег, полуостров Чернышёва с двумя мысами и за ним восточный берег острова. В конце его, на перешейке к полуострову Эммелины, значится «место постройки дома». Там, по южному берегу, обилен плавник, а с северного берега можно гдядеть, не прояснился ли горизонт, не пора ли идти на гору — высматривать землю Санникова. Именно туда, по северо-западному берегу, отправились двое учёных после того, как оставили карту с запиской, и нетрудно понять, что ожидали они увидеть на перешейке самый дом. Однако даже следа его никто позже там не обнаружил. То есть охотники выполнять задание Толля не стали.

Это признала третья записка из бутылки (воспроизведена выше, на с. 178), написанная на пороге полярной ночи и, что странно, без участия Толля. Неверная пунктуация выдаёт немца:

23. Х.1902 Четверг. Нам оказалось более удобным, выстроить дом на месте означенном здесь на этом листке. Там находятся документы. Зеберг.

23. Х.1902 Четверг. Нам оказалось более удобным, выстроить дом на месте означенном здесь на этом листке. Там находятся документы. Зеберг.