С 11 сентября Венгрия находилась в состоянии войны с Хорватией. Елачич вторгся в пределы Венгрии и начал продвигаться вперед, был временно задержан созданной за несколько месяцев до того венгерской армией, но затем подошел к Будапешту. Австрийское правительство внешне сохраняло нейтралитет, сожалело о «вражде братьев» и объявило, что единственной своей задачей оно считает посредничество между сторонами с целью прекратить войну. На самом же деле еще в августе правительство приняло сторону Елачича и с этого времени помогало ему деньгами и оружием, которые пересылались ему через военного министра Латура. В то же время, в явном противоречии с принятой в марте венгерской конституцией, австрийское правительство назначило свое доверенное лицо — графа Ламберга — временным палатином и главнокомандующим всех войск, действующих в Венгрии, который и отправился в Будапешт с официальным заданием «примирить», на самом же деле — поддержать Елачича. Венгерское правительство категорически отклонило назначение Ламберга. Когда же он, несмотря на это, все же прибыл в Буду и намеревался вступить в столицу, возмущенный народ встретил его криками «долой изменника!», и он был убит. Убийство Ламберга 28 сентября явилось поводом, которого давно ждало австрийское правительство. 3 октября Австрия объявила войну Венгрии, передала Елачичу главное командование своими войсками и послала Виндишгреца, «палача Праги», с его войсками против Будапешта.

Военный министр Латур, представитель камарильи в правительстве, был особенно ненавистен венцам. Было известно, что он является одним из руководителей «черно-желтых», то есть реакционеров из рядов правого крыла буржуазии и аристократии, которые начиная с августа стали совершенно открыто выступать против революции, парламента и левых, украсили свои дома черно-желтыми флагами и требовали расправы с «рабочим сбродом». В сентябре венгры перехватили компрометирующее Латура письмо к Елачичу, в котором обсуждались отдельные детали военной и материальной помощи хорватам. Из письма настолько все было ясно, что Латур не мог даже и оправдываться, оно было настолько провокационным, что даже рейхстаг стал требовать смещения Латура и возбуждения против него судебного дела.

5 октября Латур и правительство окончательно сбросили маски. Сконцентрированные в Вене войска и прежде всего итальянский батальон гренадеров, затем австрийский батальон гренадеров и гренадеры Рихтера получили приказ немедленно отправиться на венгерский фронт. И тут случилось то, чего еще никогда не было. Австрийские солдаты отказались выступить и заявили, что будут продолжать сопротивляться приказу о выступлении, если «народное ополчение» окажет им поддержку. В то время как представители национальной гвардии передавали военному министру требование об отмене приказа, жители Вены собрались перед казармами. Взаимоотношения солдат гарнизона с населением Вены были наилучшими. Вскоре венцам, устроившим демонстрацию, удалось принудить военное начальство отменить телесные наказания для солдат. Присутствие народа придало солдатам храбрости. Наконец, они открыто заявили офицерам: «Мы никуда не пойдем. Мы останемся здесь».