Пока руководители вели переговоры, солдаты и воины общались вполне дружески. Особенно заинтересовали воинов-миниконджу пушки Гочкиса. «Сильно хорошие, сильно большие ружья», – приговаривали они, похлопывая по стволу[601].

На закате 7-й кавалерийский и лакота встали на унылой равнине шириной в пятьсот с лишним метров на западном берегу ручья Вундед-Ни. Прежде там селилась небольшая община агентских оглала, сбежавшая из-за волнений, связанных с Плясками Духов. На равнине виднелась россыпь брошенных бревенчатых хижин и беспорядочно нарезанных полей под паром, огороженных колючей проволокой.

Худшее места для лагеря трудно было придумать для обеих сторон. Индейцам майор Уитсайд отвел полосу площадью 8000 кв. м, позади которой разверзалось широкое обрывистое ущелье около 8 м глубиной. Местами густо поросшее кустарником, ущелье змеилось на восток по безлесной равнине и утыкалось в ручей Вундед-Ни. Кавалеристы заночевали в 300 м к северо-востоку от индейцев. Два лагеря разделяла небольшая луговина. На южном краю кавалерийского бивака Уитсайд поставил обогреваемую печкой коническую палатку Сибли для вождя и его жены. На индейской полосе солдаты установили еще пять палаток Сибли для тех, у кого не было хижин. Майор раздал индейцам пайки из кофе, сахара и бекона и позволил пасти своих лошадей[602].

Проявляя великодушие, Уитсайд не забывал и о военной тактике. На пригорке к западу от кавалерийского лагеря он разместил пушки Гочкиса, нацелив их на неровный ряд палаток, а вокруг лагеря миниконджу выставил двадцать караулов, приказав пропускать только женщин к ручью за водой. Убежденный, что «иначе быть беде», Уитсайд попросил подкрепление, чтобы разоружить воинов Большой Ноги. Генерал Брук отправил Майлзу телеграмму, изложив все новости этого дня. Майлз ответил отпиской: «Хорошо. Используйте достаточные силы. Поздравляю». Брук послал в качестве подкрепления 2-й эскадрон 7-го кавалерийского полка, усиленный двумя пушками Гочкиса, и роту разведчиков – шайеннов и оглала. Кроме того, он попросил иезуитского миссионера отца Фрэнсиса Крафта, бегло говорящего на языке лакота и пользующегося искренней симпатией у индейцев, сопровождать колонну и помочь командиру подразделения полковнику Джеймсу Форсайту завоевать доверие миниконджу.

Было похоже, что помощь Форсайту действительно понадобится. В завидном послужном списке этого седовласого, щеголявшего бородкой-эспаньолкой пятидесятипятилетнего жителя Огайо числилось несколько наград за доблесть, проявленную во время Гражданской войны. Прослужив двадцать лет адъютантом Фила Шеридана и секретарем департамента, он принял командование 7-м кавалерийским в 1886 г., когда сражения на равнинах давно закончились.