Шарли не возражал. Что возразить человеку, который предлагает сделать все, чтобы ты смог уехать в Соединенные Штаты? Но сначала Шарли должен заговорить по-английски. Это обязательно. Так же, как уметь читать и писать. Шарли чувствовал, что ему дают шанс и главное – его не упустить. Франк пообещал купить ему билет на самолет до Америки. Когда ему, Шарли, исполнится восемнадцать лет.

– Если все пойдет хорошо и ты будешь соблюдать наш договор, в будущем году я оплачу тебе уроки игры на гитаре. Потому что рок – это прежде всего гитара.

Шарли опять стал ходить в школу; ему предстояло пройти программу за несколько пропущенных лет. Он оказался в классе с малышами, которые учились читать и писать, и, чтобы помочь ему, Франк платил за частные уроки. За спиной у Шарли была совсем другая, взрослая жизнь, и он чувствовал себя неуютно среди малых детишек; не сумев ни с кем подружиться, он изображал серьезного, прилежного ученика. А в классе все время смотрел в окно.

Заглянув в свой ежедневник, Франк понял, что проблема заключается в нем самом: он все время в поездках, и на Шарли не хватает времени; мальчик надолго остается один, не получая полноценной поддержки. Франк опасался, что он вернется к своему прошлому образу жизни.

На работе, пока шло совещание, он думал: «Идеальной для него была бы жизнь в семье, иначе ему не выбраться».

Франк пригласил Розетту на ужин; хорошие рестораны закрывались десятками, Алжир источал скуку сонного, провинциального городка, к которой добавлялось постоянное напряжение из-за комендантского часа. Они встретились в ресторане отеля «Алетти», где официантов было больше, чем клиентов, и уединились за столиком в огромном зале с панорамным окном и видом на море. В конце ужина Франк предложил Розетте переехать к нему и заняться воспитанием Шарли, пока тот не восполнит свои пробелы в учебе и не обретет уверенность в себе; то есть создать что-то вроде семьи, пусть и не настоящей, зато современной – на определенный срок и без каких-либо взаимных обязательств.

Франк ждал, что Розетта рассмеется, назовет его больным или сумасшедшим, но она сдвинула брови и задумалась.

Допив вино, она строго взглянула на него, закурила и сказала со своим обворожительным римским акцентом:

– Хорошо, мы создадим семью для Шарли, я сделаю это ради него. Чтобы помочь ему. Чтобы у него был шанс выкарабкаться. Но предупреждаю тебя: я не собираюсь заниматься хозяйством и готовкой. Ничем в этом роде. Мы не будем жить так, как живут супружеские пары. У меня собственная квартира. Куда я буду уходить, когда захочу. И у нас не будет общего бюджета.