Но я представляю, Тетушка. Как будто все происходившее тогда снято на контрастную пленку с глубокими тенями и множеством силуэтов. Черно-белый фильм-
Дверь разлетается в пыль!
Тонголеле едва хватает времени на то, чтобы спастись, она босиком выбегает из двери на улицу в сопровождении шестнадцати солдат и двенадцати полицейских и бежит по
Тетушка говорит:
– А я тем временем стояла за кулисами с билетом в одной руке и автоматической ручкой Малыша в другой. На Тонголеле было роскошное меховое пальто, пахнущее дорогими духами и жевательной резинкой, а на ногах – туфли из кожи змеи, что были очень модны в то время, – с открытыми пальцами и перекрещивающимися на лодыжках завязками. Помню, я любовалась ее покрытыми золотым лаком пальцами, когда толпа, ревущая словно стадо слонов, протискивалась по узким коридорам.
– Черт возьми! Только не это! – говорит Тонголеле.
Помню, я была так напугана, что прижалась к ней, словно обезьянка, а потом вдруг обнаружила, что сижу на заднем сиденье большого темно-красного «кадиллака» рядом с Тонголеле и несколькими ее друзьями, представь себе! Не было времени что-то объяснять. Никто даже не замечал меня, пока Тонголеле не спросила:
И Тетушка наслаждается происходящим. Она прекрасно проводит время. Жизнь удивительна! Откидывает голову. Смеется, показывая все свои зубы.
– И тут Тонголеле смотрит на меня своими глазами пантеры и спрашивает: «Простите, но кто вы?»
Разве Тетушка могла признаться, что она никто? Разве могла она протянуть помятый билет и протекающую ручку и сказать: «Я одна из ваших поклонниц и ждала вас за кулисами, чтобы пожать вам руку и поздравить вас, а мой Дядюшка куда-то подевался, поглощенный морем похоти, называемым публикой el Blanquita.
Но разве Дядюшке Малышу это не все равно? Он привык к такому. Для него это сущие пустяки. Он слоняется по клубам, где висят объявления вроде: ДЖЕНТЛЬМЕНЫ, БУДЬТЕ ДОБРЫ, НЕ БРОСАЙТЕ ЗАЖЖЕННЫЕ СИГАРЕТЫ НА ПОЛ ТАНЦПЛОЩАДКИ, ЛЕДИ МОГУТ ОБЖЕЧЬ СВОИ НОГИ, или же в туалете: БУДЬТЕ ДОБРЫ, УДЕРЖИТЕСЬ ОТ ТОГО, ЧТОБЫ ВАС РВАЛО В РАКОВИНУ. Где бы сейчас ни был Дядюшка Малыш, он не беспокоится о своей сестре.