Смысл любого высказывания – устного или письменного – должен быть понят как действие, целью которого является воплощение намерения автора как актора. Эта аналитическая техника позволяет историку определить то, насколько автор принимает, отвергает или игнорирует преобладавшие в его время лингвистические и политические конвенции. Раскрытие смысла текста через представление о действии автора в пределах определенной системы конвенций имеет три преимущества по сравнению с другими режимами интерпретации: 1) оно помещает авторские интенции в исторический контекст; 2) оно некаузально в том смысле, что языковое действие раскрывается в нем через определенную идеологическую установку, а не как прямое следствие вмешательства внешних сил (таких, как классовые интересы); 3) оно позволяет историкам понять степень оригинальности или конвенциональности языкового действия способами, недоступными как тем, кто изучает тексты в изоляции от контекста, так и тем, кто изучает контекст, не обращая внимания на языковые конвенции[366]. Вступая на путь анализа «идеологий», историк должен выявить присущие им конвенции на примере второстепенных фигур, не ограничивая свое исследование крупными или каноническими авторами (схожую установку мы находим у Лавджоя и Райхардта)[367].

«Идеология» в понимании Скиннера – это нейтральный термин, обозначающий любой набор языковых практик, разделяемый многими авторами и включающий в себя вокабуляры, принципы, посылки, критерии проверки знаний, проблемы и концептуальные различия [Tully 1988: 9–16]. На практике Скиннер склонен подчинять историческое исследование вокабуляров и концептуальных различий изучению общих конвенций и – в последнее время – риторик, свойственных «идеологиям»[368]. При этом анализ данных правил и проблем может быть облегчен (а не затруднен) более пристальным исследованием истории и использования понятий. Подобного рода изыскания, призванные продвинуть собственную исследовательскую программу Скиннера, нацелены на следующие вопросы: каковы самые значимые термины, которые использовались для выражения концептуальных различий? Когда и почему значения этих терминов наряду с обозначавшимися ими понятиями и спорами, в которых они использовались, подвергались изменениям? В какой степени эти изменения были результатом деятельности теоретиков? Насколько успешно теоретики убеждали свою аудиторию принять предложенные ими изменения? Когда и зачем появлялись неологизмы? В какой степени они принимались теоретиками, ставились ими под сомнение или отвергались?