В этом замечании слышалась не то обида, не то ревность. Неужели Цирцея влюблена в Одиссея? Или показалось? Впрочем, для того чтобы ревновать, вовсе не обязательно влюбляться.

Через минуту высокие двери торжественно распахнулись, и в зал прошествовали Костя и Марьяна. Два-три шага они двигались, взявшись за руки, в волосах у обоих весело блестели дождевые капли. Марьяна с вызовом смотрела на обернувшихся актеров, Якорев не отрываясь глядел на Марьяну.

Тагерт скользнул взглядом по лицу Али и подумал, что его подозрения были не напрасны. В этот вечер актеры, наконец выучившие свои роли, играли безупречно, все, кроме Кости и Марьяны, вероятно, слишком влюбленных, чтобы играть любовь.

•

Прямоугольный отрезок плотной бумаги с вытисненными контурами древнегреческого корабля лежал на дальнем углу стола. Стол завален документами, каждый из которых в тысячу раз важнее этого клочка. Тогда почему он так отвлекает внимание, что уже в который раз Елене Викторовне хочется бросить его в мусорную корзину? Приглашение на спектакль «Счастливый Одиссей» принесли утром, передали через секретаря. Уже в этом проявился недостаток уважения, точнее, недопонимание того, что этот недостаток уважения может означать. Или этот Тагерт воображает, что его доморощенный спектакль – такое сокровище, что ректорат теперь должен ему в ножки кланяться? Елена Викторовна прикоснулась к бусинам, сдавившим шею.

Раздражение проректора объяснялось рядом обстоятельств, в которых Тагерту досталась самая неблагодарная роль. Оказавшись в проректорском кресле, Елена Викторовна готовила ряд предложений по переустройству студенческой жизни. Ректор не раз поминал собственную студенческую юность, работу в комитете комсомола, участие в праздничных концертах и сетовал на полное отсутствие самодеятельности в ГФЮУ. Ошеева намеревалась в течение года предложить новую должность: заместитель декана по внеаудиторной работе, который руководил бы командами КВН, готовил юбилеи, молодежные форумы, курировал издание студенческой газеты. Обдуманный комплекс мероприятий, планомерно меняющий жизнь студенческого сообщества. И тут этот выскочка Тагерт бежит напрямую к ректору, предлагает свой театр, поднимает такой шум, словно спас университет от гибели. Теперь, когда театр создан, как предлагать ректору выделение новой ставки? Он скажет: зачем нам замдекана, если наши преподаватели бесплатно, на общественных началах готовы организовывать художественную самодеятельность? Елене Викторовне пришлось спешно идти к ректору с предложением создать студенческую газету, чтобы Игорь Анисимович не подумал, будто она совсем не причастна к улучшению университетской жизни.