— Когда это случилось? — спросила Бадрия.

— Как только вы уехали. Он знаком с ее братом. Я-то вообще никогда не понимала, зачем ему понадобилась Рахима. Зачем было тащить эту бродягу к нам в дом?

— Согласна. Я тоже не понимала, как можно брать в жены бача-пош. Но почему вдруг он решил избавиться от нее?

— Думаю, он понял, что это была ошибка. И хочет ее исправить.

— Но почему просто не взять еще одну жену?

— Потому что он живет по хадису![58] Он уважаемый человек в нашей провинции и подает пример людям, следуя словам Пророка. А Пророк говорит, что мужчина не должен брать больше четырех жен.

У меня пересохло во рту. Что задумал Абдул Халик?

— Да благословит его Аллах! Какое счастье, что он ведет себя, как подобает верному мусульманину.

Гулалай-биби довольно хмыкнула, одобряя похвалу в адрес сына.

— Только смотри не проговорись Рахиме. Она и так необузданная, как дикий осел. Не хватало еще, чтобы ее сумасшедшая тетка заявилась сюда и устроила скандал.

— Конечно, ни слова не скажу. Только она сама скоро все узнает…

В коридоре появилась стайка ребятишек. Они бежали на улицу. Топот их ног заглушил мои шаги, и я быстро прошмыгнула в гостиную и взялась за уборку.

Джамиля — единственный человек в доме, с кем я могла поговорить. Надо выяснить, действительно ли Абдул Халик задумал избавиться от меня. И каким образом.

— Что? Где ты это услышала? — Глаза Джамили превратились в две узкие щелочки.

Я пересказала ей подслушанный разговор. Она слушала очень внимательно.

— Я знаю не больше твоего, — вздохнула Джамиля, когда я закончила рассказ. — Бадрия — любимица Гулалай-биби, а с нами свекровь секретами не делится. Но если он на самом деле задумал такое — это большая беда. Да поможет нам всем Аллах.

— Джамиля, он хочет избавиться от меня. Он действительно может это сделать?

— Да, он может… — начала Джамиля, но на полуслове замялась и после короткой паузы добавила: — Рахима-джан, я не знаю. Правда не знаю.

Мы оставили пугающие слова несказанными.