Однако его не прочли ни участники пленума, ни его инициатор, который не хотел вникать в экономическую конкретику. Решение было проведено в ходе сговора участников группы и помощника Горбачева Валерия Болдина. А поскольку Горбачеву эти документы были не интересны, то они попросту не были введены в дело[1111].

Похоже, что все варианты комплексной стратегии рассматривались только в контексте поиска реформистских идей, которые можно было хорошо продать «политически». Параллельно «первые лица» лоббировали и реализовывали свои собственные идеи, которые превращались в масштабные и дорогостоящие программы. Аппараты центральных ведомств, заполненные новым поколением не набравших минимального опыта управленцев, просто не успевали справляться с многочисленными и нередко противоречивыми заданиями начальства или делали это в режиме, исключающем реальное осмысление поставленных задач. В некоторых ведомствах, например в аппарате Совета министров СССР, люди работали сутки напролет семь дней в неделю, но итоги этой работы не удовлетворяли практически никого[1112].

Реальные реформы, выстраивающиеся в такой суете, в первые два года перестройки развивались по нескольким основным направлениям, сформулированным еще в «плане Черненко» (но в основном по предложениям Горбачева и Рыжкова), — технологическое перевооружение ВПК, полное обновление промышленной базы металлургии, глубокая институциональная реформа в аграрной сфере (о ней ниже) и попытка решить долго откладывавшиеся проблемы в сфере строительства.

Зампред Госплана СССР, потом председатель Госстроя СССР Валерий Серов по собственному опыту руководителя строительства олимпийских объектов в Москве хорошо знал, что строительных мощностей в СССР заведомо не хватит для реализации масштабных «политических» задач в данной сфере, поскольку их не хватало и в текущем режиме. Для того чтобы строить олимпийские объекты (и делать это быстро, укладываясь в имеющиеся сроки), пришлось замораживать строительство других промышленных объектов столицы. Поэтому неудивительно, что для реализации двух горбачевских больших программ пришлось не просто много строить, а создавать новую производственную базу:

В 1985 году председателем Госстроя СССР в ранге заместителя председателя Совета Министров СССР назначили Юрия Петровича Баталина. <…> Баталин очень четко понимал главные проблемы капитального строительства и те задачи, которые ему предстояло решать: массовое жилье и дороги в средней полосе России. Под его руководством разрабатывались две основополагающие программы: «каждой семье — отдельную квартиру к 2000 году» и строительство дорог Нечерноземья. Но материальные макробалансы показывали, что в стране для таких масштабов строительства не было необходимой базы стройиндустрии и строительных материалов. И тогда Госстрой совместно с Госпланом и строительными министерствами разработал и начал реализовывать более десятка конкретных территориальных подпрограмм, таких как машиностроение для цементной промышленности, организация производства башенных кранов, деревянное домостроение, электроника для нужд строительства, керамические и санфаянсовые изделия, химическая продукция для строительства, цветная металлургия по выпуску алюминиевых изделий, столярные изделия, стекольная промышленность. Практически всеобъемлющей была программа, позволявшая резко нарастить объемы жилищного (прежде всего индивидуального) и дорожного строительства. <…> В 1988 году я становлюсь преемником Ю. П. Баталина, но… финансовые ресурсы сокращаются[1113].