В 1985 году председателем Госстроя СССР в ранге заместителя председателя Совета Министров СССР назначили Юрия Петровича Баталина. <…> Баталин очень четко понимал главные проблемы капитального строительства и те задачи, которые ему предстояло решать: массовое жилье и дороги в средней полосе России. Под его руководством разрабатывались две основополагающие программы: «каждой семье — отдельную квартиру к 2000 году» и строительство дорог Нечерноземья.
Но материальные макробалансы показывали, что в стране для таких масштабов строительства не было необходимой базы стройиндустрии и строительных материалов. И тогда Госстрой совместно с Госпланом и строительными министерствами разработал и начал реализовывать более десятка конкретных территориальных подпрограмм, таких как машиностроение для цементной промышленности, организация производства башенных кранов, деревянное домостроение, электроника для нужд строительства, керамические и санфаянсовые изделия, химическая продукция для строительства, цветная металлургия по выпуску алюминиевых изделий, столярные изделия, стекольная промышленность. Практически всеобъемлющей была программа, позволявшая резко нарастить объемы жилищного (прежде всего индивидуального) и дорожного строительства. <…> В 1988 году я становлюсь преемником Ю. П. Баталина, но… финансовые ресурсы сокращаются[1113].
Но как говорилось выше, программу «Жилье-2000» наряду с перевооружением металлургии можно считать удачными. Вложенные в нее средства (при всем очевидном уроне для бюджета) дали эффект в виде резкого роста вводимой жилой площади и увеличения производства стройматериалов. О программах, которые можно считать провалившимися, а то и вредными, речь пойдет ниже.
Антиалкогольная кампания
Антиалкогольная кампания
Еще перед тем, как команда Горбачева устроила хаос непродуманной ломкой административной системы и занялась беспорядочным инвестированием в условиях снижения доходов, она буквально на старте своей деятельности сама себе «выстрелила в ногу», реализовав давно витавшую в высшем эшелоне власти идею антиалкогольной кампании.
Сама по себе кампания стала искаженным производным от идей Юрия Андропова и главы Комитета партийного контроля Арвида Пельше — о постепенной замене алкогольных суррогатов, а потом и водки культурным потреблением низкоградусного алкоголя[1115]. Пельше, однако, не спешил в неопределенной политической обстановке.
Но когда его в декабре 1983 году сменил Михаил Соломенцев, который вместе с новой должностью перенял и обязанности председателя Комиссии по подготовке постановления ЦК КПСС и Совмина СССР по борьбе с алкоголизмом, подготовка документов резко ускорилась. Постановления ждал Андропов, у которого была мысль сделать такие же постановления и по другим человеческим порокам — наркомании, проституции, воровству. Соломенцев, начав разбираться с делом, попал под влияние главного экстремиста антиалкогольной борьбы в СССР — академика Федора Углова. Роднили их и обоюдные симпатии к русскому национализму. Однако до смерти Андропова новый вариант постановления не предусматривал мер, реализованных при Горбачеве, он только подразумевал прекращение выпуска в течение года плодово-ягодных вин («бормотухи») и сокращение производства водки, но не затрагивал вин и слабоалкогольных напитков[1116]. Более того, в 1983–1984 годах СССР купил оборудование для нескольких десятков пивзаводов. Однако с приходом к власти Горбачева Секретариат ЦК возглавил такой убежденный противник алкоголя и сторонник решительных мер, как Егор Лигачев, и ситуация резко радикализовалась[1117].