— Человек, державший бордель, сказал, что я могу выкупить свою свободу за пять тысяч долларов, или он продаст меня китайскому головорезу или профессиональному игроку в карты. Но я знала, что, прежде чем все это случится, я уже умру от болезней. — Она увидела ужас на моем лице. — Все могло быть и хуже. Я могла бы попасть к этим людям, когда мне было пять. Я встречала девочек, совсем маленьких девочек, с такой судьбой. — Она замолчала и перевела дыхание. — Меня спасла Дональдина Кэмерон.

— Дональдина Кэмерон?

Я слышала от Элен об этой женщине. Она спасла сотни, а может, и тысячи китайских рабынь и проституток. Моя мать прошла через настоящий ад, но все равно предложила мне отправиться в тот самый город, где сама страдала.

— Как ты могла посоветовать мне Сан-Франциско после всего, через что прошла сама? — спросила я.

— Я больше не могла смотреть, как он тебя бьет. Я могла спасти тебя только одним способом: отпустив на свободу. Я видела все твои фотографии в журналах, видела остров Сокровищ, видела город, который явно изменился.

Я вспомнила о годами подкарауливавших нас поклонниках, о девочках, попавших в неприятности после прощальных ночей с солдатами, которые в благодарность называли их Девушками Победы, об Элен, оставленной беременной отцом Томми, о том, как Джо бросил Руби, когда узнал о ее происхождении, и о том, как он бросил меня. Мужчины иногда обращались с нами бездумно и жестоко, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить моей матери. Сердце мое разрывалось от жалости к ней.

— Я постоянно жила в стыде, — признала она. — Мисс Кэмерон заботилась обо мне несколько лет, и я снова стала девушкой, которой была раньше. Она пообещала помочь мне найти мужа, но ничто уже не могло стереть отметину, оставленную на мне жизнью. Меня бы уже не взял ни один достойный мужчина.

— Отец поэтому на тебе женился? Потому что был недостойным? И видел в тебе недостойную женщину? — Я не хотела произносить эти жестокие фразы, но мне важно было это понять.

— Ты все еще не понимаешь… — вздохнула мама.

— С ним тоже все было не так, как вы мне рассказывали? — продолжала спрашивать я. — Он действительно родился здесь?

— Да, я в этом уверена. Он жил с отцом в лагере рудокопов…

— А почему он тогда все время говорил, что это был лагерь лесорубов?

— Какая теперь разница? — пожала мама плечами. — Он занимался стиркой и готовил еду для шахтеров. Он как раз собирался ехать в Китай за женой, когда мисс Кэмерон нас познакомила. Она заинтересовала его тем, что я изменилась и стала доброй христианкой. А он убедил ее в том, что способен обеспечить мне честную и праведную жизнь, так что мисс Кэмерон согласилась на его предложение. Так мы с твоим отцом поженились. Он привез меня к себе, в шахтерский лагерь…