— Нам так много надо друг другу сказать, но сначала расскажите: как вы попали в «Китайское рагу»? — спросила Грейс.

Может быть, она и научилась изображать из себя утонченную даму, но ума с тех пор, как мы познакомились, у нее не прибавилось.

— Я написала всем своим друзьям, — начала я рассказ, стараясь говорить безразлично. — В надежде, что кто-нибудь сможет мне помочь. — Грейс вздрогнула. Я продолжила: — Я писала тем, с кем работала, и даже журналисту-сплетнику Эдду Салливану…

— Мерзавцу, который выдал Дороти Той? — презрительно бросила Грейс.

— Представляешь, мы жили с ней в одном доме и не знали, что она — япошка! — воскликнула я.

Грейс поморщилась. Мне было очень неприятно использовать это слово, но я должна была видеть ее реакцию.

— В общем, почти все ответили, что ничем не могут мне помочь. Некоторые даже не потрудились этого сделать. А Элен — единственная из нашей компании, кто писал мне, пока я была в Топазе.

— Мы переписывались все это время, — добавила Элен. — Мы очень близкие друзья.

Грейс перегнулась через меня и коснулась ее руки.

— Ты же сама посоветовала мне не писать Руби! Это ты сказала, что у нас могут быть неприятности из-за переписки с ней — с япошкой! Именно так ты сказала! И добавила, что особенно опасно это мне, потому что я жила с ней в одной квартире.

— Как скажешь! — Элен отдернула руку.

— Именно так я и говорю!

— В рассказ о тигре можно верить, только если его подтвердят три свидетеля, — изрекла Элен.

Грейс вскочила. Тапочки Томми упали на пол с мягким стуком. Она села в изножье кровати.

— Значит, мое слово против твоего?

Элен отвела взгляд. Грейс осунулась. Какая прекрасная актриса!

— Поверить не могу. Что я тебе сделала? — спросила она.

— Ты навредила нашей подруге! — Элен вздернула голову.

— Это не я…

— Расскажи кому-нибудь другому, Грейс.