Паническая атака, конечно, связана с депрессией, но не как коморбидным заболеванием, а как маскирующим депрессию, феноменом. Точно также у больных, у которых депрессивный статус сменяется статусом панических атак, по сути дела, психическое состояние остается одним и тем же. В частной психопатологии (психиатрии) это нужно доказать, и, лучше всего психотропными препаратами – антидепрессантами и большими нейролептиками (мелипрамином, прозаком, азалептином, трифтазином). И, при депрессивном синдроме, и при синдроме панических атак, схема лечения и суточные дозы препаратов, одни и те же. В Общей психопатологии, феноменология депрессии с триадой «торможения», или суицидальными тенденциями, реализуемыми неоднократно, ничем не будет отличаться от феноменологии сильных панических атак с ажитацией или раптусом. Дело в том, что это будет феноменология одного и того же маскированного состояния, с маской «двуликого Януса» (депрессией – панической атакой).

Приведем пример панической атаки из собственной практики.

Мужчина тридцати лет, без психопатологической отягощенности, женат, двое детей, отношение в семье хорошие. Работает переводчиком в посольстве. Работа напряженная и ответственная. Так как последние два года панические атаки участились, обратился к психиатру. До этого «справлялся» с ними сам.

Паническими атаками страдает с 3—5 летнего возраста (точно сказать не может). Возникновение данных состояний ни с чем не связывает, убежден, что «таким родился». Когда возникла первая атака, не помнит. Паническая атака всегда возникала среди ночи, прерывала сон. При этом не важно, что ему в данный момент снилось. Просыпался в ужасе, часто рубашка была мокрая. Сердце сильно билось. В голове только одна мысль: «рано или поздно я умру и от меня ничего не останется!» Панические атаки могли быть две ночи подряд. Могли повториться через месяц. Но, могло их не быть и полгода, год. Повторяем, панические атаки всегда были, как две капли воды, похожи на все предыдущие и на первую атаку. Во время атак, когда был ребенком, бежал к бабушке и забирался к ней под одеяло. Сразу атака проходила, и он засыпал. Никогда не ложился спать с бабушкой из-за боязни атаки, только во время ее. Никому из родителей об атаках ничего не рассказывал. Отрицал и то, что прибегал к бабушке из-за страшных снов. Говорил, что просыпался и с бабушкой засыпал легко. Однажды услышал разговор между мамой и бабушкой. Мама сказала бабушке, как она продолжает спать без трусов, ведь внук уже большой мальчик. Бабушка в ответ только посмеялась. С тех пор, он прекратил во время панических атак ложиться к бабушке. Быстро нашел другой способ бороться с ними: соскакивал, пересиливая ужас, который испытывал, и бежал включать свет. При включенном свете, тут же ложился в постель и засыпал. Родители не расспрашивали его, что с ним по ночам происходит, а купили настольную лампу. Тогда атаки надолго его покинули.