В срок отслужил в СА – ни одной панической атаки за два года. Был в боях на острове Даманском. Страха быть убитым не испытывал. Психические атаки возобновились неожиданно, опять ни с чем не связанные и нисколько не отличающиеся от детских. Это был сильнейший страх или, скорее, ужас от мысли, что когда-нибудь он обязательно умрет и от него ничего не останется. Справиться с «панической атакой» он мог только одним сейчас способом – бежал в туалет и садился на унитаз. Но, только иногда немного мочился. «Панические атаки» не были не навязчивой идей, ни идеей фикс. Они были только в содержанием аффекта, который он испытывал. Он даже с точностью не мог сказать: что было вначале – мысль о смерти, или страх? Включенный свет теперь плохо помогал справиться с психической атакой. И все же панические атаки участились. Могли быть каждую ночь в течение недели и больше. Психотерапевтическое лечение дало временный эффект.

Пример панической атаки у женщины 25 лет. Мать нашей пациентки страдает параноидной шизофренией, заболела в 30 лет. Инвалид 2 группы. Отец, и родители матери и отца живы. Психическими заболеваниями и алкоголизмом не страдали.

«Пациентка» окончила психологический факультет Педагогического института. Но стала работать журналисткой. Не замужем. Сожительствует три года с мужчиной, старше ее на 20 лет. Обзаводиться семьей, и родить ребенка «не планирует», так как сильно увлечена работой. И, это ее вполне устраивает. Она профессионально поет в церковном хоре. Это у нее «больше, чем хобби».

Первая паническая атака в 20 лет. Решила, что заболела шизофренией, как мама. Атака случилась в метро. Неожиданно появилась мысль, что находится глубоко под землей, и в случае обвала вот сейчас, может больше никогда не увидеть солнца. Возникла сильная тахикардия, «оцепенела от ужаса». Побледнела так, что обратила на себя внимание рядом сидевших пассажиров. Была осмотрена врачом «СП». Выпила 20 капель валокордина. На другой день пошла к психиатру, который наблюдал маму. Была проконсультирована, и врач успокоил ее, что она совершенно здорова и такое «бывает» с людьми в метро часто. Поинтересовался, живет ли она регулярно половой жизнью (она жила регулярно). Панические атаки в метро продолжались, всегда сопровождались «молниеносной мыслью»: сколько земли над головой, будет обвал, она никогда больше не увидит солнца! Через некоторое время обратилась к психиатру в ПНД по месту жительства. После продолжительной беседы и изучения выписок из историй болезни мамы, психиатр назначил курс лечения лудиомилом (по 25 мг. – 3 раза в день) и сонапаксом (по 10 мг. 3 раза в день). Первую неделю чувствовала сонливость, вялость, но продолжала деятельность, ездила в метро (кстати, не смотря на панические атаки, страха пользоваться метро, не было, и она ни разу не отказалась от метро). В дальнейшем, в течение полугода, панических атак не было. Но действие лекарства «чувствовала». Панические атаки появились сразу, как только психиатр попробовал уменьшить дозы лекарств в два раза.