В) Когда аффект деформирует субъективность.

Феноменология деформированной субъективности может быть объясненной:

1) характером заболевания – психического, неврологического, соматического, психосоматического;

2) характером травмы или интоксикации – психической, неврологической, наркотической, допинговой и т.д.;

3) «житейскими» ситуациями – социогенией;

4) особенностями личности.

Во всех случаях человек рассматривается как объект какого-то воздействия, в котором непременно есть составляющая – насилие. Но, стоит только сместить акценты, и взглянуть на человека, как «субъекта переживания», любое объяснение может показаться оказывается «притянутым за уши». Ибо, почему, при одном и том же заболевании, или одной и одной и той же интоксикации (например, «жидкими наркотиками», типа «адреналин раш»), такие различные субъективные состояния? Различные по своему содержанию, значимости для человека, их пережившему, и по «смыслу», с точки зрения его «биографии». Почему эти переживания «заключены» в столь различные «пространственно-временные» параметры? Почему так по-разному переживается время и «расстояние»? Откуда вообще индивидуальность переживания времени? Но, также и субъективного «пространства»? От чувства внутренней свободы, до чувства «сжатости»! Когда речь идет о переживаниях, а значит, человек понимается, как их субъект, ответы на все, поставленные вопросы нужно рассматривать в едином контексте. Ни мало, ни много, а так: «В результате моих переживаний вместе со мной изменяется весь настоящий Мир»!

Простой пример (из собственной практики): Крупный руководящий работник, в подчинении которого десятки (!) лет были тысячи людей обоего пола и разных возрастов, в один миг превратился в субъекта, бросающего уткой с собственной мочой, в каждого, кто пытался войти к нему в палату. А, пищу принимал исключительно, стоя на коленях и прямо ртом, не помогая себе даже руками. При этом, был «полностью» ориентирован в пространстве, времени, правильно называл себя, ничего «не забыл» из своей жизни… То есть, по формальным признакам, для него ничего не изменилось! Не изменилось и тогда, когда он стал поедать свой кал. Все дело было (объективно) в том, что у него в левой лобной доле оказалась раковая опухоль. Точно также, острое нарушение мозгового кровообращения, навсегда уводит субъекта в «сюрреальный» мир: объективная действительность навсегда изменяется согласно сюрреальной субъективности. В субъективно разных агональных (психоделических) состояниях, где чувство реальности выступает в неузнаваемо преобразованном виде, субъект навсегда уходит в мир «сверх», «квази», «ultima» действительности. О «прежней жизни» в переживании таких больных не остается никаких воспоминаний, субъективно значимых!