Конечно, парсоновскую теорию можно оспорить тысячью разных аргументов. Но в своей работе он столь спокойно и добродушно предупреждает всевозможные возражения с помощью серии риторических вопросов, что в конце концов остается только признать, что он может быть прав, по крайней мере в философском аспекте. Даже если выпивать в придуманной им манере – это сущая пытка.

Зеленая фея и горькая правда

Невозможно поведать историю похмелья, не упомянув два самых поносимых напитка: абсент и «Егермейстер». Как бы смешно это ни прозвучало, но, разобравшись с ними, мы сможем заполнить пустую бутылочку для эликсира мисс Вампирши Егер.

В Аптечном музее Нового Орлеана представлен старинный сосуд с настойкой на корне горечавки. Рядом пояснение: «В египетском папирусе около 1300 года до н. э. упоминается, что этот ингредиент использовали для облегчения боли в желудке». Знает ли доктор Наттон, на какой свалке нашли эту бутыль? Настойка может неплохо сочетаться с листьями александр-р-рийской хамедафны, котор-р-рые помогали от головной боли с похмелья. «Считается, что корень горечавки был главным ингредиентом в абсенте», – поясняет музейная табличка.

Абсент, который по традиции делают из растительных ингредиентов типа аниса, фенхеля, иссопа, мелиссы, корня горечавки, лакрицы, ангелики, душицы и полыни, пожалуй, собрал вокруг себя больше мифов и злословия, чем любой другой тонизирующий напиток в современной истории. Зеленое свечение хлорофилла, выделяемого некоторыми из этих трав, подобно заключенной в бутылке магии, и поговаривают, что некоторых это снадобье не только опьяняло.

Прозванный la Fée verte («зеленая фея»), абсент послужил многим богемным талантам и музой, и героем: Байрон, По, Ван Гог, Тулуз-Лотрек – о последнем Гарри Маунт писал в газете Telegraph: «Его картины схожи с похмельным ощущением – с худшим в мире похмельем, похмельем от абсента, как будто специально придуманным для вызывающих стыд и тошноту подробных воспоминаний о вчерашнем. Танцовщицы и зрители на его картинах изображены с желтой, абсентно-зеленой и белой, как у призрака, кожей». Абсент стал любимым напитком Парижа, а потом и Нового Орлеана.

В Аптечном музее можно найти следующую информацию об абсенте: «У людей, госпитализированных после злоупотребления абсентом, наблюдались судороги, жидкость в легких, покраснение мочи, застой в почках, визуальные и слуховые галлюцинации и суицидальные наклонности». Во всем винили полынь. Ученые установили, что в ней содержится туйон – химическое вещество, которое в больших дозах вредит мозгу, нервной системе и почкам. А все остальные решили просто, что само слово «полынь» звучит устрашающе[171]. Так что абсент, да и вообще всё, что содержало полынь, в Европе запретили без малого на сто лет.