– Это не версия, – возражаю я, – а чистая правда.

Агент Карлайл прищуривается, но в его взгляде нет гнева, лишь разочарование.

– Тогда давай разбираться. Ты знала, что за утро семнадцатого числа было отснято почти двести часов видео?

– Нет.

– На агентах, производивших захват и обыск, были нагрудные камеры. На каждом транспортном средстве – как минимум по одному видеорегистратору. Мы тщательно проанализировали все кадры и сумели составить четкую визуальную картину происходившего, запечатленную с разных углов. По этой причине я могу с абсолютной уверенностью утверждать, что Хани не выходила из западного барака после того, как агент Джефферис отпер дверь твоим мастер-ключом. Она с поднятыми руками вышла из главных ворот четырьмя минутами раньше, и в тот момент, когда освободили других детей, парамедики уже оказывали ей помощь.

– Я видела, как она выходила, – настаиваю я.

– Нет, Мунбим. Ее там не было.

– Видела, – повторяю я, чувствуя себя ребенком, упрямо цепляющимся за ложь даже после разоблачения, однако ничего лучше в голову мне не приходит. Все прочее я им рассказала, хотя для этого мне пришлось перебороть себя и свой страх. Осталась лишь одна тайна, и раскрыть ее я не могу. Не могу.

Агент Карлайл молча смотрит на меня.

– Я ее видела, – снова повторяю я. – И меня не волнует, верите вы мне или нет.

– Хорошо, хорошо, – вмешивается доктор Эрнандес. – Давайте постараемся сохранять спокойствие. Лишняя агрессия ни к чему.

– Я спокойна, – говорю я.

– Я тоже, – произносит агент Карлайл. – Мунбим, на одной из записей совершенно ясно видно, как ты целишься пистолетом в Беллу.

– Я вам про это рассказывала.

– Рассказывала. По твоим словам, Белла осталась лежать на земле, а ты направилась к западным баракам, чтобы выпустить запертых детей.

Киваю.

– Так я и сделала.

Агент Карлайл качает головой.

– Нет, не так. Ты действительно пошла к западным баракам, но не сразу. Камера четко зафиксировала, что, расставшись с Беллой, ты вошла в Большой дом и провела там почти шесть минут.

– Неправда. – Я начинаю повышать голос. – Сколько раз можно повторять?