Доказательства в основном отрывочные. Джейн Гудолл говорила, что до начала исследований шимпанзе в Танзании она уже знала об эмоциях животных благодаря своей собаке. В то же время другие думающие о животных люди не имели таких увлечений. Питером Сингером, который в 1970-х годах придумал идею освобождения животных, двигала не сентиментальность, а чувство справедливости. В романе «Мы совершенно не в себе» Карен Джой Фаулер приводит беллетризованное описание (внимание, спойлер) реального эксперимента по воспитанию шимпанзе вместе с человеческими детьми. Ее отец был психологом и ставил опыты на крысах и обезьянах – как она намекает, не особенно хорошим способом. «У нас в семье был дом, в котором жили любимые животные, и лаборатория, где жили объекты исследований», – вспоминает она. Домашние животные сделали чувствительной ее саму, но не ее отца.

Домашние животные могут повысить нашу чувствительность, но в основном они заменители. Заменители диких животных. Заменители компании других людей. Они бывают даже заменителями Бога: одно исследование показало, что в США те, кто регулярно ходит в церковь, реже держат кошек. Питомцы есть у двух третей американских домохозяйств, но всего один из двадцати американцев – вегетарианец. Если мы стремимся к счастливому сосуществованию с животным царством в более широком смысле, держать собак и кошек – это окольный путь к цели. Это как утверждать, что съеденный пакет чипсов помогает сбросить вес, потому что вызывает желание сесть на диету.

Я отправился на обряд благословения животных в католический кафедральный собор Сан-Франциско. Церковь не всегда была столь радушна. В Англии в XVI веке многие приходы нанимали специальных «хлестальщиков», чтобы они не пускали на службу собак, увязавшихся за своими хозяевами. На этот раз все обиды были забыты. Любезный монах-францисканец благословил собравшихся животных и их владельцев и весело позировал для фотографий, не переживая по поводу следов от лап на сутане. Он превозносил любовь людей к своим подопечным и вслух размышлял о том, как «транслировать эту любовь» более широко. Тщетно. Никого из владельцев эта мысль, похоже, ничуть не заинтересовала. Они просто любили своих собак.

Нашу любовь к собакам и кошкам сопровождает больше осложнений, чем мы готовы признать, но сама любовь несомненна. Я задумался, можно ли столь же эффективно вписать диких животных в наши сердца и наше общество.

* * *

Я взял напрокат машину и поехал на север по Тихоокеанскому шоссе, оставляя позади либеральный мир Сан-Франциско с его технарями, паппучино и директорами по вопросам любви. Через несколько часов дорогу с обеих сторон окружали величественные леса секвойи. Это округ Юрок.