Юроки, как и другие племена американских индейцев, ощущали гораздо более сильную связь с природой, чем было принято в западной христианской традиции (обряд благословения животных запоздало пытается исправить положение). В XIX веке белые поселенцы пытались искоренить культуру юроков: убивали их самих, забирали детей в интернаты, запрещали племенные обряды. Традиции пытались сохранить в подполье, но некоторые элементы культуры сегодня известны лишь фрагментарно. Антрополог Альфред Кребер, родившийся в XIX веке, писал, например, что юроки считают собак предками людей, а сегодня некоторые представители племени сомневаются в его свидетельстве. Для юроков лососи и осетры – это виды-основоположники, фундамент пищи и обмена. Особое духовное значение имеет и калифорнийский кондор. «В большинстве случаев животных считают лучшими людьми, чем сами люди», – объясняет Тиана Клауссен, представительница племени и биолог из Гарварда, которая согласилась устроить мне небольшую экскурсию.

Кондоры – величественные птицы. Красоте андского кондора – ближайшего родственника калифорнийского – изумлялся Чарльз Дарвин. «Я не припоминаю, чтобы эти птицы махали крыльями, – писал он, – за исключением случаев, когда они поднимаются с земли». Он не был бы Дарвином, если бы не подстрелил одну из них; причина в его рассказе не упомянута. Недавно ученые вычислили, что андские кондоры машут крыльями всего 1 % времени и могут парить пять часов и сто семьдесят километров.

Калифорнийский кондор – крупнейшая парящая сухопутная птица Северной Америки. Размах его крыльев может достигать двухсот семидесяти сантиметров. Кондор может разгоняться до более чем шестидесяти пяти километров в час, пролетать в день порядка двухсот сорока километров и добывать пищу на площади семи тысяч квадратных километров. Живут они до шестидесяти лет. Но почитают их юроки не за это. Дело в том, что кондор летает выше всех других птиц и, как считается, именно он относит человеческие молитвы на небеса. «Когда в наших церемониях мы используем их перья, в них участвует дух самого кондора, – говорит Клауссен. – Он танцует и поет вместе с нами».

Клауссен также рассказала мне о концепции «пьюэч вэ-сон» – гармоничной, хорошей жизни. Она и другие члены племени вспоминают период, когда культуру юроков уничтожали белые поселенцы, с такой болью, будто это происходило несколько лет назад. Даже когда церемонии перестали запрещать, они иногда омрачались насилием и пьянством.

Для юроков возвращение кондора – это один из элементов восстановления идентичности племени. На федеральном уровне их самоуправление было полностью признано лишь в 1990-х годах. К тому времени окружающая среда успела измениться: стало меньше рыбы, вероятно, из-за изменений климата, плотин гидроэлектростанций и чрезмерного вылова. Кондор стал символом суверенности и самодостаточности, которые племя желает вернуть.