Призывать людей не заводить собак и кошек почти так же бесполезно и низко, как советовать не заводить детей. В домашних животных (и даже в детях) есть много хорошего. Но надо хотя бы компенсировать недостатки. Один из интересных результатов исследований убийства птиц заключается в том, что больше всего вреда причиняют не те кошки, которые живут в домах. В США было обнаружено, что две трети таких случаев связано с «ничейными» котами – не только бродячими, но и «общими», которых подкармливают разные люди при сохранении свободы перемещения. В Австралии бездомные кошки совершают четыре пятых убийств. Аналогичным образом значительная доля одомашненных собак – наверное, больше половины мировой популяции – живет без ограничений, в том числе на улице. (Они находят массу пищи. В сельском Зимбабве около пятой части их рациона составляют человеческие экскременты.) Если бы владение домашними животными вдохновило нас больше заботиться о животных в целом, мы начали бы искать решение проблемы бесхозности. В конце концов, генетически бродячие собаки и кошки такие же, как наши питомцы.

Недавно группа ученых выдвинула предложение ввести в Австралии пошлину на корм для собак в размере, скажем, 0,6 %, чтобы поддержать сохранение динго (эти дикие собаки изначально были домашними), которых в настоящее время истребляют из-за вреда, который они причиняют скотоводам. Налог напомнил бы, что у домашних животных есть цена и что царство животных ими не ограничивается.

Мы уже это проходили. В XVIII веке некоторые политики считали, что собак в Британии развелось чересчур много. Они жаловались, что псы создают угрозу для здоровья в форме бешенства, заставляют тратить впустую еду во времена неурожаев и способствуют браконьерству, так как бедные собаководы убивают дичь богачей. Были разные мнения насчет того, какие конкретно собаки порождают проблемы. Одни парламентарии винили бедняков, которым, по их мнению, лучше было бы заботиться о самих себе. Другие члены парламента кивали на состоятельных любителей праздной охоты. В 1796 году Британия действительно обложила собак налогом, причем для охотничьих собак ввели повышенную ставку, а для бедных семей было сделано исключение. Закон так и не принес много денег и не остановил рост числа собак – предположительно потому, что ни один политик не осмелился сделать этот налог достаточно высоким. На момент отмены в 1987 году он составлял всего тридцать семь пенсов за собаку и его применение поглощало больше денег, чем давало.

Современный налог на собак был бы крайне непопулярной мерой (даже в большей степени, чем налог на мясо) и вряд ли сократил бы их численность (собаководы, похоже, готовы платить любую цену). Но как насчет такого предложения: что, если за каждый фунт, потраченный на домашних животных, обязать владельцев тратить столько же на помощь диким видам? Пусть хозяева собак поддерживают возвращение волков, а хозяева котов – защиту диких кошек, рысей и тигров. Положенную сумму можно взымать при уплате страховых взносов за их любимцев.