Я вспоминаю о Крамбл в тысячах километрах от нас. «Что бы вы ни думали о своей кошке, просто скажите это ей», – советует Герни. Но если животные владеют телепатией, разве Крамбл уже не знает мои мысли? «А вы думаете, они настроены на нас круглые сутки семь дней в неделю? Если бы это было так, они бы просто вымотались!»
Когда я уезжал с холмов Лос-Анджелеса, убеждения в телепатии у меня не было. Тем вечером я попробовал пообщаться с Крамбл и не получил никакого ответа. Тем не менее множество клиентов и даже ветеринары утверждают, что переговорщики часто выявляют проблемы, которые не может обнаружить специалист. Научные исследования должны объяснить, в чем тут дело, или развеять этот мираж.
Для меня работа Герни была важна по другой причине. Один из наших первых порывов в отношении домашних животных – залезть им в голову, а одно из первых отчаяний приходит, когда у нас не получается. Работая над репортажами о животных – домашних, сельскохозяйственных, живущих в зоопарке и на воле, – я всегда упирался в стену. Что они на самом деле чувствуют? В большинстве случаев никто по-прежнему не знает. Есть серия карикатур Гэри Ларсона «По ту сторону». На одной из них профессор изобрел переводчик с собачьего языка и стал первым в истории человеком, услышавшим, о чем они на самом деле лают. «Эй! Эй!» – выдал автомат.
Но идею понимания языка животных стоит принимать всерьез. Диана Рисс, психолог из Колледжа Хантера, не один десяток лет пытается расшифровать голоса дельфинов и слонов и создать интерфейсы, благодаря которым разные виды смогут друг друга понять. В последнее десятилетие она объединила усилия с коллегами, занимающимися общением животных, специалистами в области технологий, а также бывшим солистом Genesis Питером Гэбриелом, у которого однажды был трогательный опыт игры на клавишных с Панбанишей – бонобо без музыкального образования. Свой проект они гордо назвали «межвидовой интернет».
В настоящее время наше общение с животными во многом интуитивное, отрывочное и ненаучное. «Мы уже взаимодействуем с другими животными, но только на определенном уровне и очень субъективно», – говорит Рисс. Из-за этого нам легко приписывать эмоции тем животным, которых мы хорошо знаем, а конкретно нашим питомцам, и игнорировать эмоции животных, с которыми мы не хотим обращаться так же благожелательно, например обитателей ферм и зоопарков.
Некоторые люди дрессируют дельфинов, собак, лошадей и так далее, но Рисс интересует не это. Посредством «межвидового интернета» она хочет не командовать, а дать им самим