Первое представления назначили на 24 февраля 1903 г. До начала номера трек подвесили к потолку цирка. Когда же наконец после антракта рабочие начали опускать его на арену, случился казус, едва не закончившийся большой трагедией: колоссальная «петля» весом в 220 пудов наклонилась набок, грозя разрушить и раздавить кресла, стулья, барьеры и публику. Поднялась невообразимая паника. К счастью, падению трека вовремя помешала электрическая люстра, которую по счастливой случайности не успели снять накануне сенсационного представления.

Тем самым несчастье было предотвращено, но публика долго еще негодовала, столпившись плотной стеной на арене, вокруг сломанного и изуродованного злополучного трека. «Велосипедист Дьяволо должен благодарить судьбу, – замечал столичный обозреватель, – ему бы не сдобровать, если бы не обнаружилась вовремя неисправность аппарата, на котором был устроен головоломный трек».

Дебют перенесли на 28 февраля. На этот раз все прошло успешно, и Дьяволо ждал полный аншлаг. Уже в пятом часу дня над кассой цирка красовалась надпись: «Все билеты проданы».

«Подобное головоломное упражнение слишком явственно опасно, чтобы можно было им восторгаться, – писала одна из газет, – и публика, аплодирующая Дьяволо и ему подобным, не столько восхищается его смелостью, сколько тешится скрытой жестокой надеждой: „А вдруг разобьется!”»

Тем не менее пример Дьяволо оказался заразительным: спустя несколько недель в газетах сообщили, что в цирке Шумана в Берлине некая молодая американка мисс Алиса исполнила впервые головоломный трюк, обогнув «мертвую петлю» на автомобиле.

Немало известий приходило в Петербург и о других «велосипедистах-фокусниках», забавляющих почтенную публику за границей. Так, в дрезденском «Victoria-Salon» выступали два велосипедиста Донателли, поражавшие зрителей своей физической силой и замечательной ловкостью.

В упражнении, которое называлось «живой трек», принимали участие два человека – «нижний» и «верхний». Нижний надевал на себя нечто вроде «панциря», к которому поверх головы прикреплялось подобие очень крупной «корзины», не имеющей дна. Верхний забирался внутрь этой корзины и начинал быстро кружиться на велосипеде по ее наклонным бокам, составленным из решеток. Для полноты эффекта действие происходило при «фантастических» декорациях, а сам трек украшался гирляндами роз.

«В результате, – замечал обозреватель, – получается занимательное и безобидное зрелище человеческой силы, ловкости и искусства, не осложненное никакими жестокими страхами и желаниями катастрофы».