После визита чиновников Лай Цзинь провел ночь за изучением старого компаса, подаренного ему Аяаной в поисках направления. В поисках севера.

В течение следующего месяца бывший капитан, бывший гончар собрал все свои вещи в восемь коробок, сделал серебряный браслет с полой серединой, куда поместил оставленную девушкой каллиграфию басмалы, и попробовал прогнать удивленных и возмущенных таким поведением уток. Те уковыляли прочь, но потом вернулись стаей.

– Всем покинуть корабль, – скомандовал Лай Цзинь птицам, земле, маяку и морю.

И уехал в Гонконг.

Потребовалось более трех месяцев, чтобы избавиться от большей части своего имущества и наметить новый пункт назначения.

92

Kilichomo baharini, kakingojee ufukoni. То, что находится в море, рано или поздно выносит на берег

Kilichomo baharini, kakingojee ufukoni.

То, что находится в море, рано или поздно выносит на берег

Возвращение Аяаны совпало с визитом совсем другого океанского странника-предвестника. Капитан с Пате Мохамед Лали Комбо и двое членов экипажа лодки извлекли из сетей это существо, которое назвали морским псом, привезли его на берег и выложили возле причала на всеобщее обозрение. Любопытные зеваки быстро разнесли новость по всему острову. Находка даже стала предметом репортажа по радио и привлекла внимание окрестных знатоков, определивших в создании морского льва, который оказался далеко от родных мест, далеких морей.

Все поняли – это мигрирующий с течениями предвестник, промахнувшийся мимо цели назначения. После длительного совещания большинство жителей острова решили считать предвестника и его путешествие священным, а посему вернули его в лодку капитана Комбо, а тот доставил его обратно в море. На острове привыкли к другим мигрирующим существам: птицам, прилетающим вместе с матлаи, золотым стрекозам, дельфинам. Все они предсказывали смену сезона. Исчезновение звезд.

Новые ветра приносили с собой на темные песчаные пляжи Пате время, обломки дерева и человеческих душ. Аяана неожиданно появилась на архипелаге, к которому принадлежал ее родной остров. Ее голова гудела от нахлынувших от возвращения эмоций. Слова. Язык. Дом. Свет, падавший на покосившийся причал. Кожа окружающих людей такого же оттенка, как у самой девушки. Блестящая река. В памяти всплывали до боли знакомые цвета мысли, вкус сказанного, запах увиденного, умение жить здесь и сейчас.

Аяана прислушивалась к ветру, различая обрывки песен. Новости о приливах, о бесконечных выборных гонках Кении. Все жители страны не упускали возможности охарактеризовать своих политиков: крохоборы, падальщики. И всеми подходящими синонимами: wabeberu, washenzi, kingugwa, adui, wahuni. Блудная дочь смеялась, с радостью вновь окунаясь в знакомое национальное недовольство. Она переминалась с ноги на ногу, стоя на причале с двумя сумками.