— Сыграй «На берегу матери родины».

— «Дни неудач»!

— «Красную розу»!

Вираб прижал к груди скрипку, поднял смычок и закрыл глаза.

Грустный мотив сразу согнал с лиц присутствующих улыбку.

Вреж запел. Песня эта была или плач? Откуда такая скорбь? Оник не любил грустных песен, но сейчас и на него подействовал не столько голос Врежа, сколько звучавшая в нем страшная тоска всех этих людей по родной Армении, тоска, которая жила сейчас и в его сердце.

Когда песня оборвалась, он решил развлечь своих земляков и сказал:

— Ну, а теперь «Дни неудач»!

И неожиданно в бараке зазвучал его голос:

— Молодец, господин Оник!..

— Товарищ Оник, молодец!

— Молодец, молодец!..

Оник и раньше пел песни гусана Дживани, но сейчас он, как бы впервые поняв глубокий смысл «Дней неудач», старался подчеркнуть каждую строку:

Слова эти звучали как ободрение, как призыв к действию. Оника наградили аплодисментами.

Вдруг, в самый разгар веселья, появился доктор Ованес Айгунян.

— Вот и наш доктор пришел! Теперь товарищ Оник обязательно споет!..

— Разве Оник поет? — спросил доктор.

Все стали расхваливать голос Оника.

Оник не мог отказать доктору. Благодаря этому человеку он приобрел сразу стольких друзей! Да и сам по себе доктор Айгунян был славным человеком. С его появлением все присутствующие как-то ожили. Как же можно было не спеть для него? И он пел еще и еще.

Когда Оник и Шевчук, наконец, собрались уходить, их все стали дружно уговаривать: