Все, конечно, поняли, что хотел сказать Погосян: как, мол, ни хорош ваш Берлин, а нам милее родная наша земля. Не понял этого только гид.

Через два дня экскурсанты были в Берлине. Гид и два лейтенанта целый день возили их по городу, показывая достопримечательности, и только к вечеру доставили в гостиницу. Экскурсантам сразу бросилась в глаза подавленность населения германской столицы. На лицах людей не было улыбок, берлинцы выглядели молчаливо-хмурыми. Война требовала все новых жертв. Население жило впроголодь. Все продукты, вплоть до овощей, отпускались по карточкам.

Только в редакции газеты «Айастан» настроение было другим. Экскурсантов там встретили три сотрудника. Высокий, с тонкими усиками журналист внимательно оглядел каждого из гостей, потом прошел за большой письменный стол.

— Разрешите приветствовать вас! Мы гордимся тем, что в сегодняшний, поистине счастливый день, принимаем у себя будущих офицеров армянской армии. Вы закладываете основание новой армянской армии. Какая волнующая страница в истории нашего народа! Наконец-то мы, армяне, будем иметь свою армию. Об этом, право, стоит написать в нашу газету. Неужели никто из вас не подумал об этом?

Никто не отозвался на это предложение. Беспокойно поерзав на месте, журналист решил не повторяться.

— Ну, как вам понравился Берлин?..

Об этом можно было поговорить. Но в эту минуту открылась дверь и в редакции появился в сопровождении свиты из офицеров какой-то генерал.

Журналист вскочил с места и радостно воскликнул:

— О, господин Дро!..

Генерал поздоровался со всеми курсантами.

— Ваши питомцы, господин генерал! — с явным подобострастием сказал журналист.

Дро как бы не обратил внимания на эти слова и стал задавать вопросы:

— Сколько вас?

— Пятнадцать.

— В Берлине вы впервые?

— Впервые.

— Нравится ли вам?

— Большой город.

Генерал ткнул пальцем на того, кто ему отвечал:

— Говоришь, большой город? С Ереван будет?