– Сколько это будет стоить, доктор? – спросил папа.

– Поскольку это всего лишь консультация, обойдемся без платы, – ответил врач. – А теперь мне пора. Всем хорошего вечера!

Он прикоснулся к цилиндру и вышел на улицу.

– Это же замечательно, что мамочка здорова, правда? – спросила Мерри.

– Да, – ответил папа, но выражение его лица не изменилось.

Когда члены семьи расселись за ужином, болтая друг с другом, словно стайка птиц, отец сидел молча, с каменным лицом.

Позже, когда они поели супа с хлебом и произнесли общую молитву, Кэти и Мерри пошли наверх, в свою комнату.

– Папа как будто не обрадовался новостям о маме, правда? – спросила Мерри.

– Да уж. Как думаешь… может быть, доктор просто соврал нам и мама скоро умрет?

– Не знаю. – Мерри содрогнулась от такой мысли.

– Матерь Божья, а здесь холодно, – заметила Кэти. – Зима близится. Можно мы сегодня поспим в одной кровати?

– Само собой, – сказала Мерри, удивляясь, зачем родители сделали для них отдельные кровати. Кэти редко ночевала отдельно от сестры.

Они прижались друг к другу, и вскоре замерзшие ноги Мерри начали отогреваться.

– Взрослые очень странные, правда, Кэти? – спросила она в темноте.

– Это точно. Но знаешь что, Мерри?

– Что?

– Однажды мы тоже станем взрослыми!

30

Наступил канун Рождества, и Мерри уже сыграла роль ангела в маленькой пьесе, которую мисс Люси поставила для родителей, пожелавших прийти и посмотреть. Кэти ненавидела свою роль пастуха, но Мерри обожала свой наряд, хотя он был изготовлен из старой простыни и куска фольги, вырезанного в виде короны. Ей пришлось сосредоточиться изо всех сил, чтобы запомнить свою реплику:

«И Мария родит сына, а ты назовешь Его Иисусом, ибо Он спасет народы от их грехов».