Из представителей чернолесья – деревьев и кустарников с опадающими на зиму листьями – наиболее известными в лекарственном отношении были: береза, дуб, рябина, черемуха, калина, шиповник, ива, осина и др.

С березой связан старинный промысел северян – сидка дегтя из бересты – одного из хороших лечебных средств «в скотском деле». Деготь считался народом незаменимым при лечении миазов парнокопытных. Описаны случаи, когда лоси, олени, коровы буквально «на ходу» погибали от личинок оводов, заполнявших рот, нос, уши, а истонченные личинками шкуры считались «пропащими» для выделки. В дегте первоселы обрели одно из самых доступных и в то же время наиболее спасительных средств против «червивой козни скотом». В такой же мере деготь оказывал услугу при лечении полостного и тканевого миазов у людей. В смеси с серой и известью дегтем лечили коросту (чесотку). Пары его давали вдыхать больным «сухоткой». Смешанный с водой, медом, свежими яйцами, деготь пили малыми дозами яри простудах; в деревянных избах щели от клопов замазывали смесью дегтя с салом, воском, глиной.

Еще популярнее был сок березы, получивший в народе поэтическое название «весеннего плача березы». Этим соком («березовицей») для предупреждения инфекции, избыточной грануляции промывали свежие резаные раны. «Понеже та вода оток тушит и гноение ранам и растение диким мясом не дасть расти в ранах язвленьных, кои сечени суть»[448]. Сок пили от каменной болезни, от всяких колик вообще и от колик в почках в особенности. Свежие березовые листья давали в настое при застарелых ломотах, параличах, ванны из березового листа назначали против суставного ревматизма. Вода, перепущенная из листьев, считалась «удобной ко всякому отоку», но особенно при отеке «на мехире» в результате бленноройного заболевания. Почками березы в виде настоя лечили хроническую экзему, внутрь их давали против болезни «стомаха» и как средство, возбуждающее «желание брашна». Бахтарма – тонкая березовая пленка ствола березки в виде свитков – продавалась офенями с рук, ее прикладывали, на порезы в качестве специфического ранозаживляющего средства. Березовый щелок рекомендовался как наружное средство при гнойных поверхностных язвах. От березы получали прекрасный уголь, служивший «лечьцам» «для перепуску» (фильтрации) лечебных водок, внутрь давали его в «порохе» при вздутии «утробы» (при метеоризме).

Дуб (Quercus sp.) ныне растет лишь южнее линии Ленинград – Вологда – Кировск. Но несколько сотен лет назад его северная граница была значительно выше. Для лечения применяли кору, «скепы», листья, «жолуди дубовыя», «орехи скатныя» или «яблока дубовыя» (галлы), омелу дубовую. Отвар из щеп применяли наружно при ломоте и опухолях ног. Ваннами из дубовой коры лечили ожоги. Листья в свежем виде прикладывали к ранам. Промывание ран делали перепущенной из них водой. Перепуск производился «во исходе мая, егда листвия те свежи, на молодом дубе растучи, или кои ветви блиско земли приникающе»[449]. Настойка чернильных орешков – известное средство от ожогов и обморожений. У женщин примочки из них прикладывали к соскам перед родами, чтобы кормление ребенка не было для матери болезненным. Омеле дубовой приписывались мочегонные свойства, а порошком дубовых желудей лечили кровавый понос. Маслом же из «дубовых жолудков» смазывали тело грудным детям в расчете на то, что оно «кожу твердит и обороняет от прилучившихся болезней, яко есть дым, стужа и иныя такия, яко ся до тела доткнути и велми его вредит»[450].