Я остановилась преимущественно на периоде со времени так называемых реформ при Цинах и до 1995 года, года проведения в Пекине крупнейшего мирового женского форума. Ещё на закате империи в Китай начали проникать впервые западные идеологические теории, а в начале XX века и началось формирование, в том числе, феминистской идеологии, наметились основные тенденции её развития. Во второй половине XX века по-разному протекал этот процесс по берегам Тайваньского пролива. В КНР – последние два десятилетия прошлого века в основном в университетской и научной среде активно заново шло знакомство и теоретическое освоение западного опыта и создание собственной школы феминистических исследований. Одновременно увеличение международных контактов на всевозможных уровнях, более широкое распространение телевидения и Интернета в определённой степени предопределяет ярко видимые внешние заимствования стилей и западных образцов в манере поведения, в одежде, особенно женщинами; возникают определённые социальные явления, ранее не имевшие места; начинает на новой основе формироваться законодательная база и общественное мнение по защите разнообразных прав женщин. Что касается Тайваня – то там, представляется, наличествовала в некотором смысле определённая преемственность с предыдущим периодом в теоретических разработках и более зримо присутствовала определённая практическая реализация идей феминизмав общественной жизни, в том числе и в политической сфере, особенно в канун и после снятия режима военного положения. Дальнейшие шаги этой идеологии по китайскому материку и острову, пока ещё имеющие каждый собственную траекторию развития, скорее будут говорить о политике практикующих там правительств и партий. Успех или провал в среднесрочной или долгосрочной перспективе предопределяются укоренением формирования определённых общественных ценностей, а сами моральные ценности в значительной степени формируются и определяются элитой общества, элитой интеллектуальной и политической (но при этом нельзя не учитывать, что активность первой в немалой степени зависит от направленности второй)[1045]. Это, бесспорно, будет оказывать влияние на исследуемую мною идеологию, но не на само её существование в данном регионе, скорее на сроки развития, а главное, на сроки и формы её реализации в жизни общества, в становлении данной идеологии стилем жизни, то есть в формировании так называемых ныне гендерных отношений в обществе. Главное – «процесс пошёл»! Естественная видимая узость социальной базы этого процесса не должна внушать столь уж пессимистические прогнозы. Здесь, представляется, вполне допустима параллель с развитием ренессансной идеологии – гуманизма. «Гуманизм, – писали советские культурологи, – как целостная система представлений был доступен узкому кругу лиц. Гуманистов было немного, но гуманистическое, освобождающее от средневекового догматизма мироощущение оказывалось достоянием целой эпохи»[1046].