– Ильшат Анварович, террористы – это не те, кто пытается у тебя кресло отобрать, не те, кто хочет посадить тебя в тюрьму, и даже не те, кого хочешь посадить в тюрьму ты. Террористы – это те, кто пытается запугать население в собственных целях. А в данном случае…

– А в данном случае я прошу обойтись без скоропалительных выводов и без, как это, вульгарного исторического материализма. В себе, пожалуйста, придержите, и не вздумайте ни с кем делиться. Особенно с сукерами и любыми другими соседями. Спасибо, что сейчас своим кругом обсуждаем, а то бы… Вот только террористов нам не хватало. Уяснили?

Он обвел подчиненных взглядом. Подчиненные покивали. Удрас с достоинством повел плечами и сказал:

– Обижаете.

– Пока нет, – отрезал Халк. – Характер связей между жертвами подробнее обрисует Руслан Тимурович. Но перед этим хочу сказать, что закуски на столе Тобольковой покупались в том же магазине, рядом с которым был убит Васильев. И примерно в то же время. Ну и есть основания предполагать, что этот же фигурант задушил Чуфарову у парка. Товарищи офицеры, у нас тут не террорист и не загадочный всплеск преступного поведения, а именно что утырок. Один. Обуревший в край. Он убивает, потому что мы его не схватили. И будет убивать, пока не схватим. Именно мы, а не СКР, которое, естественно, так и будет руководить расследованием, не ФСБ, не кто угодно. Мы. Доступная постановка вопроса?

Он медленно поводил слишком крупной для щуплой фигурки головой и сказал:

– Прошу, Руслан Тимурович.

Руслан встал, шагнул к конторке, оглянулся и на миг замер, потому что Андрей, тяжело оттолкнувшись от стены, вышел из комнаты, не прикрыв за собой дверь. Все, как и Руслан, секунду смотрели на темный проем. Руслан, на ходу растерев лицо, обернулся ко всему личному составу отдела уголовного розыска областного УВД и начал:

– Тут как в дурном детективе, честно говоря. Все убитые связаны с проектом литературного журнала «Пламя», который со следующего года решили перезапустить после пятнадцатилетнего перерыва. А пятнадцать лет назад, перед самым закрытием, в журнал пришла рукопись с подробным описанием серии убийств старушек – старожилы помнят его как «Сосед со второго» или «Сопляк с пояском».

Халк недовольно заворочался на стуле. Его перевели в Сарасовск с Урала по ротации три года назад. Оперативники и следаки заворочались заинтригованно. Они были местными – но в старожилы большей частью не годились, потому что лет пятнадцать назад ходили в школу.

– Ладно, это потом, – сказал Руслан и уловил одобрительный кивок Халка. – Суть в том, что пока всё, ну, почти всё, вертится вокруг этой рукописи. Тоболькова была главной в обновленном журнале «Пламя». Дарченко и Такмаза, которого мы подозревали, собирались там публиковаться. Нашла рукопись в архиве журнала редактор-стажер Маркова. Фурсов был ее преподавателем в универе. По словам одногруппников, из-за него она и отчислилась. Ну, он не только ее заваливал и доставал, но и многих, особенно девушек, и в том числе говорил, что они недостойны звания инженера, человека и вообще притяжения планеты Земля.