– Понятно, – нетерпеливо сказал Халк. – Это как раз есть и в материалах…

– Ну и последние соображения, – передавил его бархатным тоном под извиняющуюся улыбку Бахрамов. – Убийца, очевидно, давно перешагнул ступеньку, отделяющую социопата от психопата. Скорее всего, в детстве и, скорее всего, при травматических обстоятельствах, возможно, повторявшихся. Отсюда его инфантильная жестокость и явная асексуальность…

– А что же он деда раздел, если асексуал? – недоверчиво спросил Мякишев. – Явно же пед.

– Чтобы унизить. Или порадовать девушку, для которой съемку вел. Такие представления о радости – еще один признак отставания в психическом развитии. Дальше: раз не попался до сих пор – значит, скрытен. Раз написал книгу, играет в видео, приходил к той девочке и так далее – значит, очень хочет славы. Готов ли ради нее выдать себя – пока вопрос. Как-то так.

Он сел. Халк набрал в грудь воздуха, но его опять перебили.

– В розыск объявляем? – уточнил Удрас.

– В розыск не объявляем, – отрезал Халк и добавил, не выдержал все-таки: – Волну не гоним, лодку не раскачиваем. Кто – мы более-менее представляем, где искать – тоже. Он пока ходит кругами вокруг «Пламени», его сотрудников и потенциальных авторов, которых считает конкурентами, а заодно вокруг Марковой. Ее в первую очередь берем под наблюдение.

– Может, под охрану? – спросил Руслан. – А лучше спрятать девку, он же к ней домой уже приходил.

– Серьезно? – спросил Мякишев. – А чего она живая?

– Евгений Дмитриевич, значит, этот вопрос за вами оставляем, – сказал Халк. – Вас трое, верно? Маркову берете под наблюдение, заодно потихоньку соседей опрашиваете, старушек у подъезда, всё по полной. Остальные стандартными группами отрабатывают источники, зацепки и так далее. Весь личный состав – в ружье, каждому стукачу по морде, все коврики и половицы поднять, всех жуликов на уши, звонильщиков, барыг, нищих, гопоту, каждому чтобы персональный ад и чтобы дыхнуть не мог. По всем каналам ясно и четко даем понять: пока этого упыря не поймаем, жизни никому не будет. Никому, ни за какие деньги, никаких исключений. Он по семье нашего товарища ударил. Не жить ему, и остальным тоже, пока не сдадут. Все меня поняли? И чтобы никаких утечек в СМИ и медиа, пока не возьмем. Ориентировки и раздатку получите в канцелярии под роспись. За работу.

В управление Руслан вернулся ближе к восьми, выжатый и голодный. Он дважды сходил опрашивать соседей Тобольковой, потому что в первый раз половины дома не было, и оба раза без каких-либо зацепок. Во второй раз сходить пришлось в прямом смысле, потому что на разъездной машине Матвиевский умчался кошмарить начальство городских электросетей, весной, оказывается, поставивших камеры по всему центру, а теперь не желавших делиться съемкой без судебного постановления.