Аня кинула очередную мокрую салфетку в горку рядом с телефоном, прерывисто вздохнула, перечитала написанное, стерла последнюю строку и вместо нее набрала:

«Примерная структура текста. Глава первая, около пяти страниц 12-м кеглем, гарнитура “Times New Roman”. Осень, “Он” ждет темноты на предпоследнем этаже многоквартирного дома, переходя чуть выше или ниже при звуках лифта и пафосно размышляя о случайности и закономерности. Потом спускается на второй этаж, отключает свет на щитке нужной квартиры, дожидается, пока пожилая хозяйка со свечкой выйдет наружу, вталкивает ее в квартиру и душит поясом висевшего в прихожей плаща. Убийство описано подробно, но без натурализма. Затем “Он” проводит “необходимый ритуал”, суть которого не объясняется, и принимается снова цветисто рассуждать о неслучайности плаща и пояса в прихожей. Глава вторая, около десяти страниц 12-м кеглем рубленым шрифтом, похожим на “Ариал”»

Аня прервалась и несколько минут подбирала похожий шрифт, пока не сообразила, что смысла в этом никакого, что она просто тянет время, и что всё равно надо приступать ко второй главе, описывающей, как она поняла, убийство мамы Наташи – и, получается, и следователя Андрея. Она опять прерывисто вздохнула и принялась набивать: «Лето, “Он”, порассуждав о звонках судьбы, делает контрольный звонок из телефонной будки намеченной жертве».

Выдрессированная клавиатура набрасывала слова быстро и почти безошибочно, строки множились без запинок. Аня, оказывается, неплохо запомнила содержание и последовательность глав, а теперь с растущим удивлением обнаруживала внутреннюю логику и связь между способом проникновения в очередную квартиру, орудием убийства и пафосным выводом, – кроме разве что совсем сумбурной невнятицы центральных глав. Ее она просто пропустила, отбив ряд звездочек, довела текст до финала, сохранила и перечитала, кивая и исправляя по мере необходимости. Получился плотный доходчивый отзыв-синопсис почти на пятнадцать тысяч знаков, больше трех страниц в «ворде».

Подумав, она вписала ближе к началу: «Довольно много ошибок и опечаток, выдающих как малую начитанность и невысокую грамотность автора, так и его слабое знакомство с правилами оформления печатных текстов (пробелы перед знаками препинания, пробелы вместо табуляции, злоупотребление капслоком, неотформатированность текста по длине строк и даже размеру шрифта и т. д.)», и почувствовала легкое удовольствие, будто отомстила гаду – и будто эти слова могли хоть немножко повлиять на него.

Но ведь что-то должно повлиять – не на него, фиг бы с ним, – а на того, кто его ловит и получит дополнительный винтик к машине, способной поймать гада.