Руслан прижался ухом к холодной ржавой стали и с полминуты вслушивался. Потом подошел к распределительному щитку и рассмотрел, подсвечивая, счетчик 44-й квартиры и жирный отблеск дискового ребра, ползущего неспешно, но вроде быстрее, чем положено при пассивном потреблении холодильника и телика в режиме ожидания. В квартире кто-то был – потребитель не слишком активный, но и не самый пассивный. И легкое щекотание уха Руслана было вызвано не нагреванием ржавчины, а неясными звуками за дверью.

Руслан набрал и отправил сообщение Андрею, отщелкнул оба рычажка автомата и очень аккуратно отшагнул к 45-й квартире, чтобы обитатель 44-й не разглядел его ни в звонок, ни в щель двери.

На площадке было тихо. И за дверью было совсем тихо. Кажется, тише, чем минуту назад.

Руслан, стараясь не морщиться и дышать через рот, чтобы не сопеть, снова прильнул ухом к ржавой стали. Не было ни звуков, ни щекотаний, глухая тишина, только невнятные отзвуки «Imagine Dragons» долетали снизу – кончилась очередная серия «Arcane».

Придется соседей опрашивать, а потом еще с Андреем объясняться, огорченно решил Руслан и застыл.

За дверью раздался звук – очень быстрый, короткий и негромкий, но очевидный: по плохому паркету коротко проехали ножки стула, или, скорее, колесики офисного кресла. Кто-то отодвинулся от стола.

Руслан шагнул к лестнице, привалился к стене, чтобы не пришибло распахнувшейся дверью, расстегнул кобуру и стал ждать.

Он досчитал до трехсот, когда за дверью затлели звуки, которые невозможно было разобрать, не вслушиваясь. Руслан не вслушивался, а считал, чуть шевеля ногами, чтобы не застыли. Взгляд через глазок его не захватывал, даже если в глазок можно было разглядеть хоть что-нибудь в подъездном сумраке, а камер, в том числе замаскированных, на площадке, насколько смог рассмотреть Руслан, не было.

Триста сорок пять, подумал он, дивясь осторожности обитателя 44-й и убеждая себя, что это наверняка означает выход на нужный след: нормальный человек открыл бы сразу, а ненормальный порядочный, даже струсив, не сумел бы держать таких пауз перед каждым действием. Давай-давай, успокаивай себя, триста пятьдесят, – и тут замок щелкнул.

Дверь медленно приоткрылась. Руслан ждал. Наконец из-за черной плоскости показался серый профиль, вполне разборчивый для привыкших глаз. Руслан узнал его сразу и будто мешок картошки с себя стряхнул – стало легко и радостно. Ясно стало.

Сугалов, оглядевшись и не заметив Руслана, шагнул к щитку. Руслан, не дожидаясь, пока тот включит собственный телефон, фонарик или чем он там собирался подсвечивать рубильник, сказал: