– Ну, я определенно стал чувствовать себя странно.

– Но согласно мнению журналов The New England Journal of Medicine[270] и The Lancet[271], причинно-следственная связь между прозаком и психозом, приводящим к человекоубийству, является чисто теоретической. Ты считаешь, что больше исследований…

– Эй, – поднял ладонь Кевин, – я не врач. Эта линия защиты была идеей моего адвоката, и он делал свою работу. Я сказал, что чувствовал себя немного странно. Но я не пытаюсь найти в этом оправдание. Я не виню какой-нибудь сатанинский культ, или стервозную подружку, или большого гадкого хулигана, который называл меня педиком. Одна из вещей, которые я не выношу в этой стране, – это недостаток ответственности. Все, что делают американцы и что у них не особо хорошо получается, обязательно должно быть виной кого-то другого. А я остаюсь верным тому, что я сделал. Это была не чья-то чужая идея, а моя собственная.

– А что с этим делом по поводу сексуальных домогательств? Это могло как-то негативно отразиться на тебе?

– Конечно, меня это затронуло. Но черт побери, – добавил Кевин с доверительной похотливой ухмылкой, – это никак не сравнится с тем, что происходит здесь.

Тут они вмонтировали интервью с Вики Пагорски, которая все отрицала с апоплексической избыточностью – как сказала бы Гертруда, «эта женщина слишком щедра на уверения»[272]. Разумеется, слишком слабая степень негодования показалась бы столь же подозрительной, так что она бы не выиграла ни от какой своей реакции. И ей в самом деле нужно что-то сделать с волосами.

– Мы можем немного поговорить о твоих родителях, Кевин?

Руки закинуты за голову.

– Валяйте.

– Твой отец… Вы с ним ладили или ссорились?

– Мистер Пластик? – фыркнул Кевин. – Мне бы очень повезло, если бы мы поссорились. Нет, все было бодро и весело, хот-доги и сырные палочки. Полное притворство, знаете? Все такое типа «Поехали в Музей естественной истории, Кев, у них там есть очень крутые камни!» Он застрял в пятидесятых, в какой-то фантазии о маленьких бейсболистах. Я слышал от него это «Я люблюююю тебя, дружище!» и просто смотрел на него – типа, «Ты с кем разговариваешь, парень?» Что это значит, когда твой папа «любит» тебя и при этом не имеет никакого [пиип]ного понятия о том, кто ты есть? Что он тогда любит? Какого-то мальчишку из «Счастливых дней». Не меня.