Я хватаю Софи за руку:

— По-моему, это Марк. И Дэвид.

— Нет! — вскрикивает она.

Первая девушка берет микрофон. По зрительному залу разносится ее теплое контральто:

— Леди и джентльмены, меня зовут Маркетта, я рада представить вам восхитительных Сэмми, Виду, Бен-Джаммину и Петру. Добро пожаловать на конкурс красоты «Мисс Цзяньтань»! Конкурсантки, пожалуйста, постройтесь. Дорогие зрители, приготовьтесь к голосованию!

Публика разражается аплодисментами и пронзительным свистом. Это Марк! А также Сэм, Дэвид (сбривший козлиную бородку), Бенджи и Питер! «Банда пяти», решившая по-своему расправиться со стереотипом о женоподобности азиатских мужчин.

Я так усердно улюлюкаю, что начинает болеть горло. Просто улет! Фантастика! Рик обязательно должен это видеть! Я вглядываюсь в зрительный зал, спрашивая себя, как воспринимают номер наши взрослые. К моему удивлению, Драконша, сидящая в первом ряду, неистово хлопает в ладоши, подняв руки над головой. Два высокопоставленных чиновника по бокам от нее в таком же экстазе. Кто бы мог подумать?

Цзяньтаньский конкурс красоты слегка затягивается: потенциальные королевы вертляво разгуливают по сцене. Но публика захлебывается от восторга. Она отвергает одну кандидатуру за другой, пока наконец дело не доходит до Бен-Джаммины и Маркетты. Последняя срывает с себя шубку и купальник из искусственной кожи, под которым оказывается… зеленый ципао Драконши!

Драконша вскакивает с места, ее ципао сверкает в свете прожекторов. Ухмыляясь, она поднимает над головой сцепленные ладони, потрясает ими и делает полный круг, наслаждаясь аплодисментами. На сцене коронуют Маркетту, остальные «девушки» поднимают ее на плечи и маршируют по сцене, разбрасывая конфетти. Я вытираю слезы. Из-за Марка все труды Софи, которая так старательно накрасила меня, пошли прахом.

— Нам этот успех не превзойти, — говорю я, поворачиваясь к подруге. Но Софи тут нет. Вместо нее из-за полотнища кулисы появляется Рик с влажными черными волосами, блестящими, как вороново крыло. На нем черная блуза и свободные штаны, подобранные Софи. Рик выбрасывает кроссовки в мусорное ведро, но я успеваю заметить полуоторванные подошвы, разверзшие пасти, точно голодные аллигаторы. В руках у него посох. Рик берет у стены мой бо и бросает мне, а я слишком ошеломлена, чтобы не поймать его.

— Что с твоей обувью? — охрипло спрашиваю я.

— Бежал всю дорогу от отеля. На дорогах пробки. Прости за опоздание. Я только что принял душ. — Он улыбается: — Нельзя позволить Марку нас обскакать.

— Ты так мчался, что угробил кроссовки?