– Что, залезть хочешь? – усмехнулся Монгол.

– Еще не знаю.

– Мне Ивана хватило.

– Так то Иван. К тому же там целое плато. А тут – так, холмик в полкилометра.

– Не, нафиг! – снова фыркнул Монгол.

– Там Гуля была, – продолжал Том. – Пионерка какая-то забралась, а мы типа мимо прошли?

– Не, не полезу.

– Мы ж панки, Монгол.

– Сам лезь.

– Ну сам, так сам. Адрес я помню. В Партените встретимся, – с напускной безучастностью ответил Том.

– Ладно, счастливо. Тогда завтра, у Индейца, – так же холодно ответил Монгол. Он поднялся, сорвал гроздь винограда и, сунув ее в сумку, побрел к трассе.

«Надо было хотя бы про время договориться. – Том лениво смотрел ему вслед. – А толку? Откуда я знаю, когда спущусь?»

Все вышло как-то спонтанно, необдуманно. Только что они были вместе, и вдруг расстались. Без прощаний, без ничего. Даже припасы не поделили. У Тома оставались хлеб, крупа и спирт. Монгол забрал воду и спички.

«Без воды тяжело будет, но не бежать же теперь следом. Ладно, виноградом обойдусь, там делов-то. В два раза ниже Демерджи». – Том вернулся к винограду. Нарвав немного ягод, он побрел к подножию горы. И вдруг услышал сзади за спиной знакомый голос.

– Стой, Конюхов!

Том остановился.

– Вот все у нас не как у людей. Даже на гору через зад лезем. – Монгол как ни в чем не бывало озабоченно глядел вверх. – Я тут подумал, а вдруг ты опять потеряешься?

– Зато дождя над ней точно не будет, – как ни в чем не бывало ответил Том, быстро подумав про себя: «Вот Монгол! Я бы так не смог».

Скрывая радость, он отвернулся от приятеля, старательно делая вид, что оценивает высоту горы. – В конце концов это просто куча земли. Спустимся с нее прямо в Партенит.

Разбитая дорога вела к подножию Аюдага. Справа виднелись чахлые полузаброшенные виноградники, слева – какие-то дачные заборы.