Том затравленно посмотрел сквозь забор: там, за решеткой, метрах в семи от него текла неспешная курортная жизнь. Неподалеку снова заиграла гитара. Совсем рядом, держа друг друга под руку, прошли парень с девушкой. Глянули в их сторону, на парней, встретились с ним взглядом, спешно отвели глаза.

Том оглядел троих. Это были спортивные, крепкие ребята. На гопников они походили мало. В них не было присущей им развязной уголовной наглости. Это были какие-то спортсмены.

– Ложись на землю! – нетерпеливо повторили ему.

– Зачем? – чтобы выиграть время, Том включил дурака. – А что случилось?

Он мучительно искал выход. Он совсем расслабился в этом заповедном краю, забыл о том, что накануне случилось с Монголом. И его так красиво развели на ровном месте. Эх, будь Монгол рядом, – он бы обязательно что-нибудь придумал.

– Ложись на землю! – уже совсем другим тоном прорычали ему. – Или помочь?

– Да не, пацаны, не лягу, – вдруг сказал Том, глупо улыбаясь и беспомощно разводя руками.

Сильный удар ногой в живот согнул его пополам. Удар был неожиданным, сбоку, от третьего, которого Том на миг потерял из виду. Другой удар, скорее, тычок пришелся в спину, и Том плюхнулся лицом в густую газонную траву. «Надо же, мягкая какая. Никто по ней не ходит, поливают, видимо», – не к месту пришла идиотская мысль.

Кто-то сзади сел ему на ноги, второй устроился на плечах, а третий зашел с головы.

«Что же им, гадам, надо? Извращенцы? Вряд ли. Пытать будут? Задушат?»

– Отпустите, уроды! – Том отчаянно задергался, как выброшенная на берег рыба. Смерть несколько раз подходила к нему не вовремя, но сегодня был тот редкий день, когда где-то в глубине души он был согласен умереть. В конце концов, героическая смерть украшает любого человека.

Его вдавили лицом в траву, схватили за волосы.

– Как же вы достали, уроды волосатые, – беззлобно и по-хозяйски деловито проговорил кто-то сверху. Том повернул голову, и увидел краем глаза, как падают в траву прядь за прядью его длинные космы.

«Они постричь меня решили! – вдруг осознал он. – Эти идиоты решили меня подстричь?!»

Это открытие почему-то не произвело никакого впечатления, скорее – наоборот, на него вновь накатило уже знакомое ему чувство отчуждения.

Разве это может иметь какое-то значение после всего, что произошло с ним? Раза три он чуть не погиб в горах, а вчера его укусила какая-то дрянь, и он снова остался жив. Спасаясь от расправы, он проехал тысячу километров, чтобы здесь, в этом небольшом поселке случайно встретить свою единственную, свою любовь, свое счастье, которое вновь ускользнуло от него! Сегодня он навсегда расстался с девушкой, в которую был влюблен без памяти, и которую случайно, будто на прощание, встретил, и – потерял! Это было всерьез, глубоко, и по-настоящему. Это имело смысл на любых весах его короткой и такой пестрой жизни. Но в чем смысл того, что происходило с ним сейчас, в этих кустах? Восемь здоровых дебилов ненавидят непохожих на них, и поэтому стригут его волосы. Или они – всего лишь слуги, посланники далеких смыслов, они приносят странную жертву его прошлому. Где-то рядом, может быть, за ближайшей белой стеной, укрывшись одеялом, уже спит Светка. А в черном-пречерном небе, навсегда попрощавшись с этой безумной планетой, уходит в бездонную вечность спутник «Пионер»!